Дэнни понадобилось два года, чтобы научить пса лаять. Писатель подозревал, что неделикатные привычки рычать, храпеть и пукать усвоены Героем непосредственно от Кетчума. Однако прежде «уокеровский кунхаунд» не лаял. Когда Дэнни только начал процесс обучения, ему казалось, что Кетчум просто не любил лая и еще в щенячьем возрасте отучал своих Героев лаять.

Возле дома в Роуздейле был небольшой парк и игровая площадка размером с футбольное поле. Там выгуливали своих собак жители окрестных домов, включая и недавно построенные кондоминиумы. (К счастью, ни один из них не загородил вид на Саммерхиллскую башню из окон писательской комнаты.) Дэнни выводил Героя три-четыре раза в день, преимущественно на поводке. Мало ли, вдруг на площадке псу встретится немецкая овчарка и в собачьей памяти пробудятся не слишком приятные воспоминания о битве с теперь уже покойным кобелем Нормы Шесть?

В парке Дэнни преподавал Герою «уроки лая». Писатель старался лаять как можно естественнее, однако пса его усилия оставляли равнодушным. Потратив год на свои бесплодные попытки, Дэнни стал задумываться, не прекратить ли их. Вдруг Герой считал лай проявлением собачьей слабости?

Владельцев собак весьма настораживали уродства Героя, его бойцовский настрой и сверхъестественное равнодушие к другим собакам. Люди не знали, чего ждать от хромого пса, у которого плохо сгибается задняя лапа и который смотрит на вас странным глазом, лишенным века. Многие находили этот взгляд угрожающим.

— Поверьте, у него нет никаких злых намерений, — терпеливо убеждал собаковладельцев Дэнни. — Вас просто пугает отсутствие века и покалеченное ухо.

— А что у него с ухом? — спросила молодая женщина, приходившая гулять с дурашливым спаниелем.

— Медведь откусил.

— Медведь?

— А что у бедняги с бедром? И откуда эти ужасные шрамы? — спрашивал нервного вида мужчина, прогуливавший шнауцера.

— Все тот же медведь.

В их вторую зиму на Тернер-Айленде Герой вдруг залаял. Как-то Дэнни ездил на глиссере за продуктами. Он подвел глиссер к заднему причалу и стал выгружать покупки. Герой молча встретил его и так же молча следил за разгрузкой. Дэнни попробовал еще раз преподать псу «урок лая» (хотя серьезно подумывал бросить это дело). К удивлению писателя и Героя, отозвалось эхо, прилетевшее со стороны соседнего Барклай-Айленда. И когда Герой услышал эхо, он залаял в ответ. Естественно, эхо повторило и его лай. Неожиданно пес обрел громадное наслаждение в ответном лае.

Безостановочный лай продолжался больше часа. (Наверное, будь рядом Кетчум, он просто уложил бы пса из винтовки.) «Что я наделал?» — с опаской думал писатель. Однако через какое-то время Герой умолк.