— А тебя как зовут? — спросил молодой женский голос.

— Меня? — обернулась Лёка. Яна, улыбаясь во все тридцать три белоснежных зуба, кивнула. Странно, вроде бейдж на месте. А, они, наверное, по-русски не очень читают. Да и говорят с акцентом. — Лёка. Это сокращение от Гликерия.

— Почему не Лика? — спросил откуда-то взявшийся Валерий Алексеевич, ставя пустую чашку на стойку.

— Это просто… мы с братом не выговаривали… так получилось. — Лёка нырнула в кухню, якобы помыть чашку. Не рассказывать же им, что её отец так сильно хотел ещё одного сына, что долго называл дочку Лёхой, создавая гибрид из имён.

— Хорошо делаешь, молодец! — рыжая голова, на миг мелькнувшая в дверях, тут же пропала.

— Молодец, — передразнила Тина, снова ошивающаяся вокруг Августа. — То же мне, великое дело — кофе варить.

— Гости приехали, все по местам! — скомандовал Валерий Алексеевич. Посмотрев на себя в зеркало, он поправил галстук и вышел в зал. — Добро пожаловать в кофейню «Ойме»!

Лёка во время банкетов обычно первый час сидела на табуретке в закутке между кухней и раздевалкой кухни, пялясь в телефон. До кофе в такие дни дело вообще редко доходило. Максимум — чай, да и то не всегда. А так — алкоголь, соки и газировка с минералкой на столах. Помощь баристы не требуется.

Официанты снуют, зарабатывая чаевые. Тина цокает каблуками. Вроде там какой-то мажорик даёт вечеринку для друзей. Значит, Тина в своей тарелке — гламурная, пафосная и высокомерная.

Лёка, так чтобы никто не заметил, подняла взгляд от телефона и нашла на суетливой кухне спину Августа. Пожалуй, они с Тиной друг другу подходят — он высокий блондин, она тоже.

Руки у него изящные с тонкими пальцами. Запястья красивые, в каких-то нитях-оберегах. Вообще, он мог бы, наверное, моделью работать или в кино сниматься. А стал почему-то просто поваром. Хотя почему «просто»? Это хорошая профессия.

— На, попей чаю. — Марта перекрыла Лёке вид и протянула чашку. В первый раз такое. Наверное, заметила, что буфетчица-бариста непозволительно долго таращится на её сына.

— Спасибо. — Лёка взяла чашку. Марта так и стояла над ней, будто проверяя, насколько благодарно и качественно будет выпит чай. А кто его, кстати, готовил?

— Я заварила, — сказал Марта, осматриваясь. — Вечер долгий. Ну, пей.

Лёка кое-как заставила себя проглотить чуть-чуть. Странный чай — горький, аж горло сдавило. Хотя пахнет приятно — цветами и травами. Марта ещё раз искоса глянула на Лёку и отошла.

Лёка вздохнула и вернулась к просмотру мемной ленты. Глаза отчего-то стали слипаться, картинки расплывались мутными пятнами. Не хватало ещё уснуть на работе. Лёка встряхнула головой и поморгала.