Если бы я говорила эти слова чаще… если б я ВООБЩЕ говорила эти слова!!!

Предел прочности Сони был таков, каким я его для неё установила.

Когда у маленького человека нет опоры в жизни, когда самый главный человек вместо поддержки в самый трудный момент только и делает, что критикует… как тут идти вперёд? Как не боятся ошибки? Как поверить в то, что ты справишься и выход всегда найдётся?

Трудно соответствовать «идеалу», который я придумала. Мне и самой трудно ему соответствовать. А уж 11-летнему подростку тем более.

Предел прочности. Он у всех разный. И дело не в том, что я не пила и не курила и матом не ругалась. Если бы так, то все было бы предельно ясно. Мама орет, Мама пьёт. Мама курит. Это плохо. Это неправильно. Мама — «плохой парень». И от такого персонажа надо держаться подальше. Надо защищаться. Надо держаться. Надо быть сильной.

А как понять свою роль в отношениях, где ты изгой, где ты вечно не прав, вечно неудачник, который расстраивает Свою «идеальную Маму»? Только и остаётся, что избавить мамочку от этих мук и постоянных проблем… Снова эти страшные мысли в голове… это какой-то жуткий кошмарный сон, который никогда не кончится…

Предел прочности. Он у всех разный. И моей Соне очень не повезло с мамой. Такому милому, безобидному ангелу нужно было выбрать такую же маму для себя. Саша рос в доброй, простой семье. Без требований, без амбиций. Без условий. Его мама не достигла особых вершин, но главное, что она была доброй и любящей. И этого хватило, чтобы Саша вырос с мыслью, что у него все получится. И поэтому он жил, ошибался, падал, вставал и пробовал снова. Его предел прочности был обусловлен большим запасом материнской любви и веры в него. Просто так. Просто потому, что он ее сын и она его любит. Предела прочности хватило, чтобы и с трудностями в жизни справиться и даже умудриться ужиться с таким человеком как я.

Соне не повезло так, как Саше.

Да, я была плохой мамой. Для неё плохой. Хотя она никогда сама так не говорила. Наоборот, я только и слышала от неё: «Ты хорошая мама! Я люблю тебя!»…

Я не знала предела. Не видела края. Когда сильно и постоянно давишь, однажды сломаешь. Так и я сломала своего ребёнка.

Психолог бы мне сказала на это: «Вы ведь не знали, что так получится. Вы ведь не желали такого исхода. Вы ведь старались ее уберечь.»

Да, конечно, я не знала, не желала и я старалась… Но что толку?

Я боялась за неё. Очень боялась. Я знала, что она очень доверчивая и ведомая. Она всегда была как нежный цветочек среди чертополоха. Вокруг любовь и уважение. А тут мат, пошлость и мерзость. Ведь дети — зеркало своих родителей. И то, что я видела в Сониных сверстниках меня пугало жутко.