Я хочу верить, что религиозные догмы даже самых популярных и уважаемых мудрецов и гуру, включают в себя мудрость, сострадание и прощение. И я хочу верить, что мир добр и справедлив.

И я знаю, что свободная воля одного человека может быть подавлена волей другого. Тем более, если он маленький ребенок, а те другие сильнее, старше и влиятельней. Тем более, если ты любишь их и готов на многое ради них.

И поэтому я не могу и не хочу верить в то, что это был акт проявления свободной воли. Эта воля была подавлена. А Душа была напугана и разочарована. Наверное, поэтому я не осуждаю и понимаю Соню. Наверное, поэтому не считаю, что она ошиблась. Я не могу назвать ее выбор «ошибочным». Чтобы ошибиться, нужно принять решение и совершить поступок. А тут не было решения. Не было осознанного выбора. Тяжелый туман отчаяния, продиктованный таким же тяжёлым страхом и стыдом двух взрослых, сознательных, разгневанных людей. И это отчаяние мы передали ей.

Она не должна расплачиваться за наши страхи. За наше малодушие и трусость. За лень и не желание помочь, вместо того чтобы требовать без конца и критиковать.

Мы поступили жестоко.

Мы жестоко ошиблись.

Это наша вина.

Это наша ошибка.

Не её.

Может поэтому я каждую ночь молюсь святой Софье и прошу ее позаботиться о душе моей Сони? Может оттого, что мне так страшно? Или оттого, что я чувствую глубокую вину за случившееся.

И ещё я поняла кое-что о моем чувстве вины.

До тех пор, пока я уверена, что это моя вина, я знаю, что она ни в чем не виновата. Значит не она делала выбор, это не ее свободная воля. Выходит, что пока виновата я тут, она не виновата там. Странная логика, но я не могу пока сломить это убеждение внутри себя. Эта «сделка» с самой собой «помогает» мне думать, что Соня не несет ответственности за этот свой выбор. Потому что это был и не выбор вовсе. Это было следствие жестокой ошибки людей, которые несли ответственность за жизнь и здоровье своего ребенка.

Если бы знать, что она в порядке там… всего на одно мгновение заглянуть туда и убедиться, что у нее все хорошо, она в безопасности, не страдает больше… Я очень хочу верить, что хотя бы там она будет свободна и счастлива. Хочу верить в то, что мир справедлив и полон любви и сострадания и не заставит страдать невинного ребенка целую вечность. Я хочу верить, что хотя бы там она обретёт покой. Хотя бы там она будет чувствовать любовь и поддержку любящих ее друзей.