Я не вижу возможности четко отделить ученых от неученых. Не представляется возможным даже использовать критерий проведения экспериментальных исследований, поскольку множество людей, номинально считающихся учеными, никогда не проводили, да и не способны провести настоящего эксперимента. Преподаватель химии в школе считает себя химиком, хотя он не открыл в химии ничего нового, а просто читал специальные журналы и воспроизводил поставленные другими опыты, словно готовил блюдо по рецепту. Он, вероятно, может считаться ученым с меньшим основанием, чем, скажем, смышленый 12-летний школьник, который систематически исследует подвал в доме, или скептически настроенный покупатель, не доверяющий заявлениям рекламодателей.

Что общего у директора исследовательского института с ученым? Его время полностью посвящено административной и организаторской работе, хотя и у него может оставаться желание реализовать себя на научном поприще.

Если идеальный ученый сочетает в себе свойства творческого генератора идей, добросовестного экспериментатора, создателя философских систем, историка, технолога, организатора, просветителя, писателя-публициста, просителя и оценщика, можно легко подсчитать, что в идеальной научной команде должны работать девять разных специалистов, каждый из которых выполняет свою функцию и которые не должны быть учеными в общепринятом смысле этого слова!

Если складывается впечатление, что противоречие между ученым и неученым чересчур упрощено, следует принять во внимание такое наблюдение: чрезмерная специализация в какой-либо одной области в конечном счете вредит человеку, поскольку страдает все его существо. Как правило, разносторонний, здоровый индивид практически все делает лучше, чем ущербный человек, который пытается заниматься исключительно умственной деятельностью, подавляя собственные влечения и эмоции, парадоксальным образом становится больным, способным мыслить лишь как больной человек, т. е. его умственная деятельность нарушается. Таким образом, надо полагать, что ученый, который одновременно еще и художник, как ученый гораздо лучше, чем его коллега, который только ученый и больше никто.

Если воспользоваться историческим методом, этот факт становится совершенно очевидным. Все великие ученые отличались широтой интересов, их ни в коем случае нельзя было назвать узкоспециализированными технологами. От Аристотеля до Эйнштейна, от Леонардо до Фрейда великий первооткрыватель был чрезвычайно разносторонней личностью, с гуманистическими, философскими, социальными и эстетическими интересами.