Окружающие очень не хотели верить в реальность моих изменений. Меня пытались накормить тем, чего я не ела, поливали алкоголем, который я не пила (буквально, на праздновании Нового года поливали шампанским, надеясь, наверное, что так впитается и я «вернусь»). Спорили, изумлялись. Даже угрожали лишить родительских прав, видя, что я и детей перевожу на свой образ жизни.

Казусов было много, это отдельные кейсы. Сейчас они кажутся достаточно смешными, а тогда было не так смешно, поверьте. Потому что прибегали, кричали, смеялись надо мной, угрожали, ругали. Как-то мужчина в подпитии, увидев меня босиком на снегу (я шла обливаться холодной водой), начал быстро снимать свои ботинки, чтобы меня обуть. Подумал, что меня ограбили.

Но постепенно (за год примерно) почти привыкли, на что-то махнули рукой, во что-то поверили и, видя результаты, стали сами делать. Я выступала перед врачами, населением, понимая, что нужна практика внедрения, меня стали слушать и поддерживать. Появились устойчивость и уверенность в том, что делаю. Насобирался опыт, я уже понимала – и как это работает, и как доносить информацию. Я периодически ощущала, что есть еще какоето другое измерение, где эти знания можно развернуть, но как ни смотрела вокруг, в моем врачебном окружении, среди моих знакомых, связей – ничего другого не было видно.