Теперь обратимся к «онтологической» кризисной симптоматике современной российской психологии. Хочу подчеркнуть, что наблюдаемые сейчас в нашей науке явления: переживание психологией собственной несостоятельности, переживание психологами несостоятельности собственных теорий – представляют собой, во-первых, явление новое, появившееся в постсоветский период. Для советской российской психологии ничего подробного характерно не было. Как уже говорилось выше, критиковали «соседей», но отнюдь не сетовали на несовершенство собственной методологии. Во-вторых, явление это характерно сейчас именно для России, а отнюдь не является распространенным в мировой науке. Что касается ссылок B. А. Мазилова [Мазилов, 2003; 2006] на работы Л. Гараи и М. Кечке [Гараи, Кечке, 1997], то, во-первых, в данном случае зарубежные ученые давно и устойчиво зарекомендовали себя если не как представители советской психологической школы, то как ее сателлиты, а во-вторых, заслуживает внимания дата – 1997 г. Даже если оставить без внимания то, что публикация отражает ситуацию с опозданием на несколько лет, с 1997 года мировая психологическая наука прошла большой путь, и положение в ней сегодня является существенно иным. Особенно с точки зрения марксистской психологии, к которой относятся цитируемые авторы. То есть в данном случае, в случае работы Л. Гараи и М. Кечке, мы имеем дело с проявлением все той же выше уже упомянутой критики «буржуазной» науки с позиций марксизма.

Возьму на себя смелость утверждать, что «онтологическая» кризисная симптоматика – суть проявление нового, локального кризиса, лишь опосредованно связанного с первым, который длился более века и суть которого заключалась в феодальной раздробленности школ. Данный кризис имеет ярко выраженный локальный характер, а отнюдь не перманентный. Это кризис российской постсоветской психологии, причины которого имеют конкретно-историческую природу, коренятся в ситуации, сложившейся в российской науке этот период. Анализу причин этого кризиса, его проявлений и способов преодоления и посвящена вся эта книга.

Именно к этому кризису, локальному, относятся, по моему мнению, такие часто упоминаемые симптомы, как:

• раскол между исследовательской и практической психологией;

• раскол между восточной и западной психологией;

• кризис рационалистической методологии;

• возрастание веса дезинтеграционных моделей в методологии;

• острое переживание «расчлененности» целостной личности и «недизъюнктивной» психики на самостоятельно существующие память, мышление, восприятие, внимание и другие психические функции;