С моей точки зрения такая «рациональная психотерапия» должна заключаться в переходе к восприятию российской психологической науки, а именно того направления, которое сложилось и развивалось в России советского периода, как одной из школ в мировой науке, не тождественной психологической науке в целом. Так как в основном все эти симптомы представляют собой переживания по поводу соринок в чужих глазах, которые – увы! – мешают этим глазам смотреть по-нашему. За названными симптомами стоит осознаваемая или нет тоска по «единой теории» – конечно, такой, которая в основе своей будет иметь наши сегодняшние воззрения. Тоска и надежда навязать соседу свое видение недостатков его теоретических позиций и обратить его в свою веру. Этим надеждам не суждено сбыться. Следует понять, что психология, какой она исторически сложилась в мире, – наука мультипарадигмальная и путь ее интеграции – развитие коммуникации (Мазилов) между школами, взаимного понимания, знания и признания. У каждой школы есть своя зона компетентности и свои ограничения. Когда мы осознаем себя в качестве великой школы, обладающей существенным потенциалом развития и сегодня [Кольцова, 2007; Ждан, 2006 и другие], но не единственной, не тождественной всей психологической науке, в поле нашего внимания окажутся проблемы решаемые, что резко повысит уровень оптимизма и самооценки.
Заключение. О перспективах прогресса российской школы в психологической науке
Заключение. О перспективах прогресса российской школы в психологической науке
Входе острых современных дискуссий о прогрессе психологической науки особенно спорным и в то же время актуальным для отечественного профессионального сообщества является вопрос об оценке прогресса, достигнутого отечественной наукой, и о перспективах ее прогресса в ближайшем будущем. На фоне имеющего место несимметричного срастания отечественной и зарубежной науки и радикальных изменений, произошедших в российской психологии в постсоветский период, среди российских коллег достаточно широко распространено как весьма критическое отношение к достижениям российской психологии советского периода, так и мнение о недостаточной перспективности продолжения теоретико-методологических традиций данного подхода.
Чтобы оценить перспективы прогресса отечественной школы, представляется необходимым прежде задаться вопросами: «Почему психологическая наука в целом переживает такие болезненные сомнения по поводу наличия или отсутствия прогресса в ее развитии? Каковы источники и причины ее «методологических комплексов»? Почему прогресс этот вызывает сомнения, несмотря на множество убедительных доказательств и очевидных свидетельств его наличия?»