– Б-б-блин, да что ж у тебя все не как у людей! Что хоть по спору? Выиграл, что ли?

– Не сошлись мы во мнении, гном утверждал, что без его ускорения я бы не вылетел из окна. Пришлось уходить не солоно хлебавши.

– Ну ты и лошара! Тебя пнули, так еще и за бесплатно!

– Вот я и говорю, отключи мне принудиловку.

– Ладно, отключу. Только что-то ты начал сильно подзависать в виртуале: сегодня чуть на обед не опоздал, вчера на ужин не пришел. Мне вон Настя вчера чуть плешь не проела: почему Жека не пришел на ужин, да почему не пришел? А мне откуда знать? Ты же молчишь в грязную тряпочку и никому ни гу-гу.

– Со мной никто не делится информацией, вот и я ни с кем не делюсь.

– М-да, как-то нехорошо получается. А что бы ты хотел узнать?

– Всю инфу по достижениям, профессиям, навыкам, талантам и заклинаниям.

– Однако! Хороший такой набор запросов. А что можешь предложить взамен ты?

– То же самое.

– Предложение интересное, надо подумать.

– Ну, ладно, думай, я в игру пошел, а то что-то мне неспокойно. Как бы меня там не оприходовали, пока я тут с тобой болтаю.

– Ну да, ну да… Беги…

Капсула. Вход.

Я лежал на дереве. Опасности вроде вокруг не было. Надо бы пораскинуть мозгами.

Что-то неправильное вокруг меня происходит. Да и этот разговор Димыча с директрисой, будто специально подстроенный, чтобы я его услышал. Димыч меня позвал к себе, а сам пошел к директрисе, чтобы обсудить свои коварные планы насчет меня. Дверь плотно не прикрыли, чтобы всякий желающий мог весь разговор услышать. Что-то тут неладное творится. Что-то я совсем ничего не понимаю. Если все это было спектаклем, то чего они пытались добиться? Чтобы я перестал доверять своей компании? Ну, этой цели они достигли. Чего еще? Чтобы я срочно кинулся строчить жалобу в полицию? Так смысл это делать отсюда? Надо уходить из детдома, идти в полицию и писать жалобу прямо там. Чтобы я вышел на каких-то знакомых деда? Непонятно. Надо все-таки просмотреть справку по моим родным. Может, меня специально к этому подталкивают? Как только я ознакомился с информацией о глубине погружения и чем это страшно, так на следующий день узнаю о вселенском заговоре против себя любимого. Как-то все за уши притянуто. Что-то тут не то. Надо, ох, надо идти в полицию. Но для этого надо выбраться из детдома, не вызвав подозрений. Вот только что мне там все же говорить? Меня заставляют играть на сотне процентов погружения? Директриса проводит испытания над детьми? Устроили против меня заговор и играют вокруг меня непонятный спектакль? Пожалуй, про спектакль все же не надо, а то еще в психушку отправят. Что еще можно сказать? Дети пропадают. А что? Где Сёмушка – неизвестно. Других детей – раз-два и обчелся. Может, все-таки в ФСБ? Нет, эти явно не захотят этой ерундой заниматься, да и полицию еще долго убеждать придется. Еще не факт, что поверят. У меня же побои! Синяк на все ребра! Чем не факт для возбуждения уголовного дела? И вот это, пожалуй, действительно будет серьезным аргументом. Жаль, что по почте в полицию можно написать только с личного ящика своего чипа. А дед мне строго-настрого запретил им пользоваться до восемнадцатилетия. Может, все-таки нарушить указания деда, повод-то весьма серьезный! Но ведь и дед не стал бы просто так мне что-то запрещать. Значит, там что-то важное. А если зайду в этот ящик из капсулы, то где гарантия, что Димыч не узнает пароль? А может, они именно этого и добиваются? А, все равно не узнаю, пока в ящик не зайду. А до этого еще почти год. А может, там и деньги есть на поступление? Может, зря я тогда так напрягаюсь? Хотя, честно говоря, особо пока и не напрягался. Но если там есть деньги, то это лишний повод туда не заходить. Тогда и оставим его пока в покое.