Орчиха даже не стала откликаться, а быстро подошла сама. Увидев, что я смотрю наверх, она тоже подняла голову.
— Молодец, охотник! — она хмуро оглядела темные изломы, — Как это осветить? Не видно ничего.
Кто-то из гномов попробовал кинуть фонарик, он крутанулся на высоте, осветив довольно большую дыру между каменными зубьями, и упал обратно. Я сразу же попросил веревку и, примотав фонарик, как когда-то сушеную лягуху, выстрелил в потолок.
Стрела ушла прямо в дыру и воткнулась в колонну, нависшую над проломом.
— А-ахре-ене-еть! — вырвалось у Сциллы.
Мы смотрели на размер дыры и понимали, что оттуда Пустые будут литься, как из ведра.
Я быстро достал свой арбалет со стрелой-кошкой и веревкой.
— Ого, запасливый, — одобрительно кивнула Сцилла.
Стрела улетела вверх, и катушка закрутилась, разматывая трос. Стрела звякнула где-то сверху, и я натянул веревку, чтобы зацепилась. Я хотел уже полезть, но орчиха, перехватив канат, покачала головой.
— Ты дохляк, полдня ползти будешь, — и она, ловко перебирая руками, за десять секунд оказалась сверху.
Повисев там, она покрутила головой, а потом съехала вниз. Сцилла махнула рукой в сторону:
— Там второй этаж, коридор какой-то. Туда идет, а здесь тупик.
— Может, другое помещение поискать? — предложила Джоли.
И едва она сказала это, как в окружающий нас эфир добавились новые звуки. Еще на грани слуха, но они были очень пугающими. Вопли Пустых я узнал сразу. Раздался скрежет, будто соседи где-то высоко сверху двигали диван.
— Не успеваем, — проворчала орчиха, — Вот же нафиг, облом какой.
— Винт, гранату мне, — по-деловому распорядился я.
Гном без вопросов передал мне взрывной снаряд.
— Я бы не рисковала, — нахмурилась Сцилла, — Тут все готово хоть сейчас развалиться.
— Это локация такая, — я покачал головой, — Тут и через тысячу лет все будет готово развалиться.
У меня еще осталась веревка, и я примотал гранату к стреле. Особенность Патриама была такой, что я, не владея профой, тоже мог выдернуть чеку, но у меня граната могла взорваться сразу. А могла и не взорваться вовсе.