— Угу, намотал на ус.

К счастью, с глазами мы больше не пересеклись. Но напоролись на шайку скелетов, вылезших из-под земли. Один верхом на таком же, как обглоданном, коне и четверо пеших.

Каталина доселе с костями ходячими не сталкивалась, и, в принципе, они нас и не трогали. Но я решил испытать силушку богатырскую. И чуть было не поплатился, ибо возиться пришлось долго. Стрелы дроу либо пролетали сквозь ребра, либо застревали в отверстиях, не причиняя скелетам вреда. От ударов Синим Носорогом наглядные пособия из школьного кабинета анатомии, конечно, легко распадались на составляющие. Однако через пару секунд снова собирались в одно целое и атаковали! Всадник иногда менялся конечностями со своим питомцем или вовсе соединялся с животным в этакое подобие давно издохшего, но даже после смерти не угомонившегося кентавра.

Специально не считал, но приблизительно раз по пять я убил каждого скелета, прежде чем не вспомнил свой ник и не догадался бить плашмя по черепушкам. Теряя от моих «ласк» голову, скелеты успокаивались навеки (ну или до следующего респауна).

С этой команды ничего ценного не добыли, окромя треснутого черепа с поломанным зубом, оставшегося от наездника.

Далее мы забрели в болото, где водились плюющиеся жабы, мерзкие пауки, имеющие вместо членистоног по восемь человеческих рук, да утопшие девственницы с красивыми волосами-водорослями и ужасно разложившимися лицами. На этих тварей мы охотились четко, слаженно, как по учебнику. Ни я, ни Каталина даже не были серьезно ранены.

С пролетавшей мимо стайкой рукокрылых млекопитающих в четыре щелчка тетивой разобралась Каталина. За это на нас отчего-то здорово обиделись шатающиеся неподалеку социальные друзья убиенных вышеупомянутых летучих мышей — мечта каждого некроманта — неэстетично опухшие и дурно пахнущие зомби из отряда приматов. С безобразными вонючками пришлось воевать уже мне.

Сами вяло бредущие, словно обдолбленные наркоманы, существа хлопот не доставили — уж чересчур медленно двигались. А вот роящиеся вокруг них тучки назойливых мух отнюдь не тормозили и нервишки наши потрепали изрядно. Был бы на нашей стороне маг с какой-нибудь абилкой типа «дихлофос» — другое дело, а так — чуть до смерти не защекотали заразы, откусывая по единичке ХП, пока их всех «переаплодировали» (да, противные насекомые вынудили нас зачехлить бесполезное оружие и перейти к бурным овациям).

Далее, переведя дух после рукопашной схватки с мухами, мы чуть попотели, ушатывая здоровенного мужика, сшитого из кусочков трупов других мужиков. Причем в организме местного Франкенштейна присутствовали участки, позаимствованные и у представителей негроидной расы. Хуком трехметровый детина обладал нокаутирующим, но так как шевелился он ненамного шустрее предшествующих ему цельнотелых воскресших обезьяньих мертвецов, это ему не особо пригодилось. С этого непроворного красавца высыпался моток шелковых хирургических ниток.