- А он способен на такое? – изумился император.

- Боюсь, что не только на это, ваше величество!

- Но ведь пока он полезен?

- Более чем. Пилот, инженер, оружейник и целитель в одном лице. Такие таланты – редкость!

- Кстати, о целительстве. Государыне явно лучше. За эдакую услугу следует наградить…

- Несомненно. Но если ваше величество позволит мне дать совет, то пожалуйте его избранницу. Это позволит избежать излишней огласки и будет приятно не только юному Колычеву, но и…

- Колчаку? – быстро спросил царь.

- Преклоняюсь перед вашей проницательностью…

- Оставьте эту лесть, сейчас не время. Впрочем, мне нравится ваша идея, однако, нельзя же оставить мальчишку совсем без награды?

- Разумеется. Кстати, доктора Крылова тоже неплохо бы отметить.

- Он, кажется, не слишком благонадежен?

- Это было давно. Павел Александрович успел перебеситься и даже, я бы сказал, остепениться. К тому же царское благоволение наверняка оттолкнет от него бывших единомышленников, а сам он почувствует признательность.

- Ваши бы слова, да Богу в уши! – недоверчиво покачал головой царь. – Сколько их таких, которым следовало «чувствовать признательность», а они при каждом удобном случае гадят, и ладно бы только на меня, но ведь и на Россию!

- Вы и есть Россия! – не смог удержаться от верноподданнического возгласа генерал

- Это да, – милостиво кивнул в ответ император.

- Если уж зашел разговор…, – нерешительно начал Джунковский.

- Вы о чем?

- Об Оссолинском. Какие будут повеления на его счет?

- Сложный вопрос. С одной стороны, изменника необходимо предать суду и примерно наказать. С другой, об открытом процессе не может быть и речи. Слишком велик позор. Представитель древнего рода, богач, да еще и одаренный, и вдруг изменник. Нет, огласка совершенно недопустима!

- В представленных Колычевым документах упоминаются многие высшие сановники империи, замаранные сотрудничеством с британцами.