Первым делом заведующая больницей гильдии доступным языком объяснила, что в текущий момент в моём мозгу копошатся несколько миллионов наномашин, за компанию с которыми в крови циркулирует такая доза синтетических наркотиков, что хватило бы для просветления десяти слонов.

И происходит это конечно не в Раксе, а в «далёком» и кажущимся сейчас эфемерным базисе.

При этом, чтобы я не превратился в пускающего слюни кайфующего идиота, угнетаются некоторые центры головного мозга, главным образом отвечающие за удовольствие. И то, что я нахожусь сейчас в более-менее вменяемом состоянии, объясняется исключительно «Вторым парадоксом сознания», суть которого в том, что сознание не столько плод биохимической деятельности мозга, сколько результат биоэлектрического взаимодействия целой кучи умных научных слов. Следствие этого, не очень мне понятного процесса в том, что сознание до определённых границ «отделено» от своего биологического носителя.

Далее же заведующая куда более строго сообщила, что если я не хочу «повторения банкета», то лучшее что могу сделать находясь в Раксе — это спать. Ведь в тот момент, когда система жизнеобеспечения в базисе «увидит», что сознание «взяло отпуск», продолжаться активные процедуры восстановления нервных окончаний и приживления заменённых тканей.

Очень болезненные процедуры, которые в случае бодрствования будут ощущаться мной как тупая невыносимая боль.

Понимая, что есть вопросы, которые сильно мешают мне заснуть, Галина Евгеньевна сообщила, что в отключке я пробыл более трёх суток и что за это время Алину успели похитить и спасти. Сейчас она в городе, однако максимум что нам дозволено, это обменяться парой личных сообщений. А после, спать!

Так же я узнал, что Шурик действительно «погиб», и что Система засчитала ему смерть в результате ПВП, отчего его наглую рожу я увижу не скоро. Также заведующая посчитала нужным добавить, что кроме Шурика погибли двое членов клана «Хамелеон» и они, в отличии от моего помощника, были жителями. Но об этом я поговорю с Ареном когда оклемаюсь.

После, растянув губы в улыбке садистки-нимфоманки, женщина убрала с тумбочки салфетку, под которой обнаружился блестящий стеклянный шприц. Шприц этот она без затей воткнула мне в бедро и вколов дозу непонятно чего, недобрым голосом сообщила, что если я, гадёныш, начну копаться в системном меню, она отрежет мне то, что уже успело вырасти…

Копаться в меню я не начал: голова для этого работала слишком плохо.

Спутанно сообщив Алине, что со мной всё хорошо, точнее даже, без пяти минут замечательно, я так и не сумел прочитать пришедшее в ответ сообщение. Разум, буквально против моей воли, погрузился в объятия морфея, в которых я прибывал до следующего пробуждения.