В момент, когда Цейс спускался по затвердевшим ступеням из наноконструкта, в ста двадцати километрах от данного места, в Дыре, старший техник третьего ангара Иван Петрович играл в шахматы со своим хорошим другом — начальником службы снабжения Прохором.

Вид Прохор имел своему имени и должности неподходящий, а именно, был тонкокостным суховатым мужчиной с добрым стеснительным лицом.

И роднила немолодых уже товарищей не только любовь к шахматам, но и факт обладания так называемыми легендарными навыками. И если Иван Петрович взял двухсотый уровень сравнительно давно и взял, можно сказать, шутя, то обделённого боевыми талантами Прохора тянули всей гильдией. И как показал результат, тянули не напрасно.

— Шах, — передвинув фигуру, объявил Прохор.

— Сколько там до полуночи? — изучая обстановку на шахматном поле, поинтересовался Иван Петрович.

— Пятнадцать минут, — прикидывая, что товарища отделяют от проигрыша пара-тройка ходов, ответил Прохор.

— Так снимут они крышку или не снимут? — не отрывая взгляд от доски, непонятно к кому обратился старший техник.

Прохор на это ответил:

— Семён уверен, что Цейс о незапланированном ремонте не доложит, так как не захочет, чтобы его машину потрошили ещё раз.

— А если доложит? — задал чисто риторический вопрос Иван Петрович.

— Тогда наверняка обнаружат «зверушку»… — безразлично пожал плечами товарищ. — Да что ты переживаешь, ходи давай. Снимут, не снимут, всё одно огребут по первое число, — понимая, что если противник протянет партию до полуночи, появится солидный шанс, что она будет прервана и, как итог, сорвётся с таким трудом одержанная победа. Точнее, почти одержанная.

— Не понимаешь ты Геннадич, не понимаешь, — размышляя над контрмерой, ответил старший техник. — Дельце то наше на общем фоне меленькое, плёвое дельце, я скажу. Но важно оно по двум причинам. Первая, лично для нас ценное, получить уважение товарищей, ибо, как ни крути, человек существо социальное, а потому, признание окружающих для него штука важная. Вторая же причина глобальная. Ибо мы с тобой — «две обезьяны», задача которых не просто кинуть камень, а попасть им точно «тигру по яйцам». И так попасть, чтобы «тигр» после нашего «подарочка» поменьше мозгами думал, а то не дай бог надумает что ненужное, отчего отложит атаку на денёк другой и тогда погорим мы здесь все как последние лохи, — произнёс он, после чего сделал ответный ход.

Оценив ответ противника, Прохор передвинул фигуру, чем поставил товарища в ещё более неудобное положение.

— Всё, сдаюсь, дай надышаться перед «смертью»… — оценив ход, скривился старший техник, после чего, откинувшись на спинку кресла, уставился на единственное полупрозрачное окно.