— Вы говорите со мной? — на всякий случай решил уточнить я. Лучше вежливо перестраховаться, чем отправиться назад в темноту за излишнюю наглость.

«ПАЛОМНИК. ПРОШЁЛ ПУТЯМИ. СКАЗАЛ СЛОВО. ДОСТОИН ОТВЕТОВ».

— Кто вы?

«ТОТ, КТО БЕЗ ИМЕНИ. ТОТ, КТО ДАЁТ ОТВЕТЫ».

Так вот ты какой, безымянный фолиант. А я-то, дурак, думал что в конце наткнусь на что-то вроде библиотеки, где на центральной полке будет лежать большая бумажная книга. И Кассандра туда же: «научился грамоте», «за новой книгой»…

— Где вы? — спросил я на всякий случай, хотя был уверен, что собеседник невидим.

«ОБЕРНИСЬ».

Я послушался — и вздрогнул от неожиданности. Прямо позади меня из толщи камня поднималась невысокая фигура, статуя из песчаника, изображающая человека. Её ступни сливались со скалой, будто была вытесана прямо на месте, а не принесена сюда позднее. Невысокого роста, словно ребёнок или подросток, с грубо очерченными, смазанными линиями тела — пол было определить невозможно. Лицо также выделялось условными чертами, как у «опытных» фигур из «Сотни», за исключением глаз. Два бездонных чёрных провала, из которых за мной следила та самая темнота из глубин забытой гробницы над морем костей.

Ясный денёк тут же приобрёл мрачный оттенок. Я вспомнил, что моя точка сохранения всё ещё находилась там, внизу, куда нельзя было возвращаться ни при каких обстоятельствах. В моём заплечном мешке не осталось воды, а то, что вытянуло меня из однозначно проклятого места, с лёгкостью могло запихнуть меня назад. Я не вырвался из гробницы. Я не должен расслабляться.

Но по крайней мере, я мог наконец получить ответы.

— Сколько вопросов можно задать? — осторожно уточнил я и тут же запоздало сообразил, что это тоже могло считаться за вопрос.

«ВСЕ».

Прямо без исключения? «Все» это неплохо, но больше наводящих вопросов я задавать не стал, поскольку в этом тоже мог таиться подвох. Ужасно хотелось посоветоваться с Маэстусом, но раз уж он по той или иной причине молчал, придётся разбираться самому. Пожалуй, стоит начать с того, что перечислено в квесте.

— Как открыть Врата Безмолвия? — я старался, чтобы мой голос звучал громко и чётко, хотя длинный период без доступа к воде добавлял в него неприятную хрипотцу. Сколько времени прошло после моего последнего возрождения в фараоновой яме? Нет, нет, к чёрту, разберёмся потом.

«ПРИКОСНИСЬ».