— Тогда поехали. — Элли взяла шлем, но перед тем как надеть его, задержалась. — Меня зовут Элли.
— Меланья.
Они синхронно улыбнулись друг другу и так же синхронно надели шлемы.
Элли поехала вперёд. Меланья ехала следом, ни разу не отстала и не затормозила. Они летели как птицы. Свободные, вольные птицы. Так что добрались быстрее.
Элли подъехала к дому, осмотрела забор и окрестности. Чисто. Никого не было. Разве что подкоп под забором, но это лисы хозяйничают, ищут еду. Эти лисы даже в дом пару раз забирались и разгрызали пищевые пакеты. С тех пор пришлось хранить запасы еды в деревянном ящике.
Вскоре девчонки сидели в доме и Элли разливала кипяток в чашки.
Она давно сюда не приезжала, с того самого раза, как играла в Заводскую игру, и даже удивилась, насколько рада видеть свою старую базу. Сколько сил они потратили, чтобы её найти и оборудовать. Сколько времени здесь провели! Розово-белый плед Элли привезла из своего дома, а зелёные диванные подушки привезла Барракуда. А кружки с самодельными рисунками — Мурена.
— Кажется, тут не часто кто-нибудь бывает. — Сказала Меланья, обходя комнату.
— Да.
— Хорошо.
Меланья села на диван и только тогда расслабилась. Потом даже расстегнула и сняла куртку.
— И разуться можешь, тут есть тапки. — Элли указала на ящик у двери. — Там, внутри.
— Позже.
Меланья, казалось, не могла встать. Элли принесла ей чай, достала из ящика с продуктами печенье.
Говорить не стали. Элли думала о своём, её гостья — о своём. Кажется, обе были не в очень подходящем для общения настроении.
Когда допили чай, Меланья спросила.
— Ничего если я тут посплю?
— Да. Будь как дома. Только кури на улице, пожалуйста.
— Хорошо.
Курить гостья не стала, а сразу легла, укрылась пледом, которые на диванах лежали в великом множестве и, кажется, мгновенно заснула. Элли ещё подивилась, как быстро Меланья ей доверилась. Заснула при ней. Наверное, вымоталась, потому что она выглядела так, будто ей нужно отдохнуть, иначе она сдохнет. Вообще не шевелилась, дышала неслышно. На диване просто лежала большая кукла с белыми волосами и тонкими руками, прижатыми к груди.