И она тут же остановилась, развернувшись. А я извлек два камня маны и слегка подбросил вперед и вверх. Глаза ее расширились, она попыталась их поймать быстрым движением обоих рук, но не удержала равновесие и грохнулась на спину, а камни покатились в разные стороны.

— Ай,а

— Дерьмо, гоблинша ты долбанная!..

Я почему то начал злиться… Очень сильно злиться. Она так слаба… Не знаю почему, возможно меня накрывает безумие от всего пережитого. Надо контролировать себя. Вдох, вдох и выдох. Она попыталась что-то пропищать, что-то вроде

— Простите, моя рана, ааа

Не стоит задерживаться в коридорах, я подскочил к камням, подбирая их, впрочем не забывая и быть начеку. Потом подошел к этой хобгоблинше, которая уже перевернулась на живот и пыталась встать. А кровищи опять было много. Похоже я все же прострелил ей артерию.

Гнев еще не выветрился из моей крови. И я грубо вздернул ее вверх за волосы, игнорируя писк

— Айййах

И подсунул оба камня ей перед лицом. Она не стала тупить, и быстро подхватила оба, тут же поместив один в рот. После чего, несмотря на искаженное и, кажется, заплаканное лицо, произнесла.

— Бхлагвдарху, Старший.

Я выпустил её волосы, отчего она чуть не грохнулась обратно в лужу, но все же устояла. А я, поняв, что дела совсем плохи, произнес

— Восполняй ману и исцеляй себя. Приведи себя в норму. А потом тебе еще зал открывать. Ты же не хочешь, чтобы тебя кто-то сожрал здесь?

Хоть я и пытался сейчас говорить не грубо, но к концу моё лицо исказилось в гримасе веселья. Похоже, я все же схожу с ума, хоть и отдаю себе в этом отчет. И гоблинша эту мою милую улыбку явно заметила. Посмотрев, как она сидит и корчась перегоняет камень языком, а второй плотно держит в ладонях, я добавил.