— Или сейчас сон, или я в бреду, — зло прошептал я. Мысли о самоубийстве выветрились из моей головы так же стремительно, как и появились.

Скелет ускорил шаг и почти побежал в мою сторону, я же, дождавшись его, сделал шаг вправо, и мы столкнулись щитами в клинче. Оттолкнув скелет ногой, принялся бить его мечом, но каждый мой удар он умело отражал. «БУМ-БУМ-БУМ!» — разносилось над ареной, но тут что-то начало меня шатать из стороны в сторону.

— Фламмифер, Фламмифер, проснись! — услышал я голос Пелита.

— Тревога! Тревога! — раздались крики.

Фух-х, всего лишь дурацкий сон, но в чём-то он оказался реален: гулкие удары раздавались из-за дверей, за которыми был сад и скрывшийся там Агроном. Судя по интерфейсу, проспал я чуть больше четырех часов, что не может не радовать. Пленные тоже проснулись и испуганно жались друг к другу, некоторые дети начали реветь, добавляя свою лепту в воцарившуюся суматоху.

Посреди зала раздался звучный глас Марка Туллия перекрывший все остальные звуки:

— А ну заткнулись все! Лучники, возьмите на прицел створку двери! Но без команды не стреляйте. Череп, если эти мелкие ублюдки не замолкнут прямо сейчас, перережу им глотки! — перейдя на ромейский, крикнул он безносому.

Тот начал быстро что-то говорить пленницам, которые очень споро принялись успокаивать детей. Заметив наше приближение, он криво улыбнулся:

— Похоже, ранняя побудка в этом блядском подземелье уже входит в традицию.

Пелит улыбнулся в ответ:

— Но, похоже, в этот раз мы обойдёмся без драки. Надеюсь удастся расспросить его, а то эти несчастные женщины толком почти ничего не знают.

— Посмотрим, — коротко бросил Марк Тулий.

Несколько наёмников быстро растащили баррикаду в сторону, открывая проход, и, дождавшись команды легата, приоткрыли створки. Череп начал переводить то что ему говорил Марк Тулий.

— Если не хочешь сдохнуть, то встань на колени, скрести лодыжки и сядь на них жопой. Руки вытяни в стороны от тела, и если мне покажется, что ты задумал совершить какую-нибудь херню, то это будет последняя мысль в твоей жизни.

Когда из-за дверей донеслась короткая фраза, которую Череп перевёл нам, что, мол, всё сделано, как приказали.

— Открываем! Если этот мудак хоть бровью шевельнёт — стреляйте! — распорядился Туллий.

Наёмники быстро, но аккуратно открыли створки до конца. И мы увидели почти полностью седого взлохмаченного человека, сидящего на коленях, как ему и было приказано. В привычной уже мне одежде выдаваемой всем Героям. Но уже сильно поношенной. Всеобщее уродство не обошло стороной и его: волосы росли какими-то проплешинами, а вся кожа была покрыта неприятными язвами.