Дворяне это так не оставят.

Эвилай высказала свои размышления, но их опровергли стоящие рядом с ней.

— … Ты слишком наивна, Эвилай.

— Наивно. На этот раз королевская фракция на шаг впереди.

— Почему?

— … Потому что гладий это то чем награждают рыцарей и дворян.

— Так что в будущем, когда возникнет нужда продвинуть Момона-сан, они смогут использовать гладий чтобы заткнуть дворян. Его бы никогда не подарили простолюдину, ты это знаешь, верно? Лордство для него уже заготовлено, или по крайней мере на это они намекают.

— Ясно… подумать только, вы так всё продумали.

— Конечно.

— Не недооценивай убий… не недооценивай ниндзя.

— Тогда нам пора, Маркиз Рэйвен. Благодарю вас за всё.

— К вашим услугам. Надеюсь на продолжение нашего приятного сотрудничества в будущем.

— Я тоже на это надеюсь. И Синие Розы, мои собратья адамантовые приключенцы, я надеюсь мы останемся добрыми друзьями. Я буду рассчитывать на вас если что-то случится.

— Не говорите так, Момон-сан. Увидев вашу, Момон-сан, силу, мы почти стыдимся называться адамантовыми приключенцами подобными вам, но приложим все усилия чтобы сравняться с вами. Надеемся на шанс работать с вами вместе.

Лакюс и Момон кивнули друг другу.

И тут, Эвилай почувствовала как взгляд Момона поворачивается к ней. Это была не ошибка. Доказательством было то что Момон, похоже, хотел что-то сказать, потом останавливался на полпути прежде чем начать снова и оборвать себя ещё раз.

Эвилай чувствовала как её неподвижное сердце колотится в груди.

Если Момон предложит ей стать его компаньоном, Эвилай определенно согласится. Это будет предательством её товарищей, с которыми они съели не один пуд соли вместе, но как бы там ни было, Эвилай хотела следовать велениям сердца.

Словно смущённый, Момон продолжал заговаривать и прерываться несколько раз, потом наконец выдохнул и отвернулся. Алый плащ взметнулся при движении.

Глядя в его удаляющуюся спину, Гагаран поддразнила Эвилай.