— Мам, эээ… дай, пожалуйста плед, или большое полотенце. — просящим голдосом обращаюсь я к своей маме.

Она с одного взгляда на меня все прекрасно понимает, после чего, чуть охнув, тут же схватывает с дивана, на котором, по идее, должна была ночевать Стася, одеяло, и, завернув девушку в него, забирает ее из моих рук.

Я, краснея от смущения, постарался как можно быстрее повернуться к ним спиной и быстренько покинуть гостинную.

На первый урок мы едва не опоздали, нам даже пришлось немного пробежаться. Всю дорогу Стася крепко держала меня за руку и молчала.

— Вить, — сказала она негромко, когда мы уже уселись за парту и начали раскладывать учебники. — скажи, ты сильно на меня обиделся?

— Ста, за что? — недоуменно переспросил я.

— Ну… я хотела показать тебе, что могу играть не хуже тебя, что умею воевать… полезла в подземелье, а там… — она вдруг всхлипнула. — Ви, я реально боюсь мышей!

— Успокойся, маленькая… — я, убедившись, что учительница стоит к нам спиной, мягко привлек голову своей любимой к себе и быстро поцеловал ее в щеку. — Все в порядке. Я прекрасно понимаю, что…

Мне хватило ума прикусить себе язык.

Да, вот возьми я сейчас и ляпни ей, что да, она девочка, поэтому как воин, она — ничто. Успокою, называется. Либо обижу еще сильнее, вызвав еще одну истерику и комплекс слабака, либо… либо она начнет лезть везде и всюду в драку, доказывая мне, и, в первую очередь, самой себе, что она не слабачка!

Нет, только этого мне не хватало.

— Ста, успокойся. Я тебе уже говорил, что мне важна ты, а не какие-то там твои особенности или умения. Я люблю тебя, вне зависимости от того, кого ты боишься или ненавидишь, любишь или презираешь. Для меня, нас, важны только мы с тобой, а все остальное — побоку…

— Дорогие наши голубки! — ворвался в наш разговор голос учительницы. — позвольте мне пррвать ваше нежное воркование. Но у нас уже начался урок, и поэтому мне бы хотелось, уважаемый Виктолр, завладет Вашим вниманием, которым сейчас безраздельно владеет Станислава.

Под дружный хохот класса, мы оба краснеем и немного отодвигаемся друг от друга, делая вид, что разговоры между нами прекращены.

Впрочем, едва бросив взгляд на доску, я понял, что мне надо срочно что-то делать.

Темой сегодняшнего урока оказалось… внутреннее строение мыши!

Я едва успеваю схватить руку Стаси и сильно сжать ее в своей, не давая той вскрикнуть при виде утреннего кошмара.

— Все хорошо, тихо. Видишь, твоего противника уже убили, вскрыли и развесили на просушку. — пытаюсь успокоить ее своими словами.