Не знаю, сколько бы еще продолжались наши «танцы», но я, отступив за спину Ульху, смог сосредоточиться, и прицельно наложить заклинание «Паралич» на одного из атаковавших нас воинов. Едва только он замедлился до такой степени, что теперь уклониться от его атаки не составляло труда, как викинг, уделявший теперь все внимание лишь одному врагу, смог перехватить клинки своими кольчужными перчатками, после чего, подтянув того к себе, нанес сильный удар лоб-в-лоб.

Не знаю, из чего сделана голова у этого противника, но столкновения с кованным металлическим шлемом викинга она не выдержала, и противник Ульха потерял сознание.

Теперь, когда я не занят боем, у меня есть возможность обратить более пристальное внимание на парализованного мною воина.

Первый же взгляд, брошенный на все еще пытающегося преодолеть сопротивление заклинания, приводит меня к двум потрясающим открытиям. Оказывается, во-первых, это наемные убийцы, ассасины, а во-вторых, чуть выступающая часть тела, та, которая ниже плеч, но выше живота, недвусмысленно намекает на тот факт, что это — женщины!

— Ульх, велика ли была бы честь для нас, погибнуть от рук баб? — стараясь придать своему голосу мужественность, спрашиваю я у викинга.

— А? Э?… — недоуменно произносит тот, то вертя перед собой обмякшую «добычу», то глядя, как я сноровисто связываю руки и ноги своей пленнице, которая до сих пор напоминает муху в сиропе. — Знаешь, конунг, а ведь сейчас, в пылу боя, их можно и снасильничать! И я тебе могу гарантировать, что Брунгильда ни слова тебе не скажет, ведь взятая «с бою» пленница, это священная добыча викинга!

Горячка боя, в купе с гормонами, мгновенно затмевают мне разум, и я начинаю сдирать те легкие одежки, которыми прикрыто тело несостоявшейся убийцы.

В это время наши воины, продолжавшие штурм вагенбурга, врываются в его внутренний «двор» и перед моими глазами всплывает надпись, свидетельствующая о завершении квеста.

Я срываю последние тряпочки и…

Самые «интересные» места оказываются прикрыты черными квадратиками! Чуть выше моей пленницы, над ее головой появляется надпись, гласящая, что так как администрация Земель чтит законы, то, согласно настроек моей капсулы и данным с моих биодатчиков, отображение изображений, которые могут классифицироваться как порнография, запрещено.

Ладно, если я не могу увидеть, так, по крайней мере, почувствую.

Но в ответ на мои действия всплывает еще одна надпись, гласящая, что в связи… тра-ля-ля и пирожки… короче, в связи с тем, что я несовершеннолетний, то, ни картинки, ни действия мне недоступны.