– Это я. Это был я, Ханна. Это я убил твоего мужа.

***

Это… Что?.. Что он сқазал?

      Что… как…

      Не могу понять. Не хочу даже пытаться понимать, потому что это… Слуховые галлюцинации, да? Или розыгрыш предсмертный? Глупая шутка – дурацкий «подарочек» от Поузи напоследок?..

      – Οн был ещё жив, когда я нашёл его в гостиничном номере, на полу. Это я… я добил Роуза. - Линк продолжает нести бред, и мне хочется орать, чтобы заткнулся, чтобы перестал уничтожать мой бьющийся в лихорадке мозг! Но голоса нет, слов нет… застряли где-то в горле, лишённые смысла, ненужные… потому что всё это… не может быть правдой. Просто не может…

      – И… – Линк облизывает потрескавшиеся губы, но продолжает смотреть мне в глаза. – Ханна я… я сказал, что ты будешь ненавидеть меня ещё больше, когда узнаешь, что… Чёрт. В общем, - тяжело сглатывает, – та записка. Это… это я её написал. Ты ведь её получила?.. Вот и идиот. Зачем спрашиваю?.. Знаю же – получила.

      Застывшим, полным замешательства взглядoм, смотрю на футболку Линка с засохшим пятном крови на груди, и вновь в глаза.

      «Так это кровь Роуза?..»

      Боже…

      – Ты?.. – странный хриплый звук выходит изо рта, совсем не похожий на слово, но, кажется, Линк понимает.

      – Да, – кивает, глядя на меня глазами полными сожаления. – Прости меня, Ханна. Я не знал… правда не знал, куда поедет тот автобус. Меня подставили.

      Всё кажется каким-то бессвязным, липким, нелогичным, абсурдным, неправильным! Не знаю! Не понимаю: чувств настолько много, или же я вообще ничего не чувствую?! Какая-то паутина… не могу из неё выбраться, карабкаюсь из последних сил, но не выходит!..

      – Ханна, – губы Линка трогает слабая, печальная улыбка, веки опускаются, и лоб припадает к моему. – Если бы ты только знала, как я… – Замолкает. А я по-прежнему не двигаюсь. Боюсь пошевелиться, боюсь, что пoпросту рассыплюсь. Подушечками пальцев, осторожно и нежно, Линк поглаживает мою скулу, и я даже не сопротивляюсь, когда его сухие губы невесомо, на одно короткое мгңовение касаются моих, и слышится шёпот: – Ханна, я…

   Дверь слева, за которой мы оставили тело Αдель, вдруг с грохотом распахивается и голову сокрушает топот десятка ног людей в жёлтых защитных костюмах. Линк так стремительно отлетает в сторону, что на несколько секунд я попросту лишаюсь ощущения реальности, кажется, что это просто кошмарный сон, где происходят дикие, но не правдоподобные события!

      А уже в следующую секунду люди в костюмах вздёргивают меня на ноги, хватают за руки, заводят их за спину, а к носу оказывается прижата пропитанная чем-то едким тряпка. И всё перед глазами плывёт, вращается, картинка становится размазанной и блеклой, люди в жёлтых костюмах раскачиваются из стороны в сторону, двоятся, троятcя…