– Вот это разговор! – оживился нетопырь. – Что нужно делать?

– Сможешь сообразить, как перелить кровь?

– Пфф, да это проще простого. Не забывай, что перед тобой – вампир. Все, что касается крови, для меня не представляет никаких сложностей.

– Ну и отлично. Тогда вот что мы сделаем. – Я наклонилась к мохнатому уху Бруно.

– Вот и верь после этого женщинам! – воскликнул нетопырь, выслушав мой план, и в его круглых, как плошки, глазах, мелькнуло восторженное удивление. – Надеюсь, герцог нас не убьет.

– Я тоже на это надеюсь, – протянула в ответ и задержалась взглядом на колокольне. Стрелки часов показывали половину седьмого.

– Ну что, пошли готовиться? – спросил Бруно. – Мне еще Гумера уговаривать.

– Я сама с ним поговорю.

– А, ну тогда базара нет, – хмыкнул нетопырь. – Тебя он по-любому послушает.

Бруно уселся на мое плечо и довольно добавил:

– А Марко пролетит, как фанера над Парижем. Но так ему и надо. Будет знать, как от коллектива отрываться.

* * *

К ночи все было готово. Комната медленно погружалась в темноту. Часы на колокольне пробили десять раз. Я уже успела принять ванну, нанести на волосы розовое масло и надеть самое соблазнительное платье из подаренных герцогом, а теперь стояла у окна, дожидаясь Сандро. На черном небе одна за другой загорались звезды, им вторили магические фонари внутреннего двора, в воздухе стоял сладкий аромат олеандров. В моей душе боролись страх и надежда. Я вспоминала, какой радостью сияли глаза Абьери, когда он выскочил из портала, как требовательно герцог смотрел на меня, а его руки проходились по моему телу, сколько любви светилось в обычно суровом взгляде. Сандро вытащил меня из лабиринта, хотя, подозреваю, ему пришлось нелегко. Так неужели я не смогу вытащить его из подстроенной Монтено ловушки?

Знакомые шаги, раздавшиеся за дверью, заставили меня встрепенуться и шагнуть вперед.

– Сандро. – Я толком не успела обнять вошедшего герцога, как оказалась у него на руках.

– Алессия, сердце мое, – хрипло произнес Абьери и поцеловал.

Поцеловал так, что я на миг забыла о том, что собиралась сделать. Пальцы запутались в густых черных волосах, тьма маски окутала прохладой разгоряченные щеки, губы горели, сминаемые властным напором.

– Леся…

Привычное имя отозвалось в сердце острой иглой.

– Знаешь? – спросила я.