Светлый фон

– Рассказывайте, что случилось, – устроившись в кресле, посмотрела на Бруно.

– Сначала ответь на вопрос, – остановив нетопыря поднятой вверх рукой, резко сказал Форнезе. – Ты действительно пришла из другого мира?

– С чего вы взяли?

Меня словно ледяной водой облили. Откуда они могли узнать?.. Ну конечно.

– Ой, только не надо на меня так смотреть, – отмахнулся крылатый предатель. – Я, между прочим, твою жизнь спасал.

– Просто у кого-то слишком длинный язык.

– Ничего подобного, – фыркнул Бруно. – Я всего лишь намекнул, что ты из другой реальности, и подсказал, где тебя искать.

– Значит, это правда, – нахмурился Форнезе, разглядывая меня таким взглядом, словно перед ним сидела подопытная мышь.

– Правда. И что вы сделаете? Сдадите дознавателям?

Я распрямилась в кресле и вскинула голову. Хватит. Надоело. Я устала бояться, устала скрываться и врать.

– Не говори глупостей, – поморщился маг.

Он окинул меня неприязненным взглядом, взял со стола магическое перо и принялся крутить его в руках. Острый металлический кончик мелькал в длинных музыкальных пальцах, напоминая тонкую рапиру. И почему-то мне показалось, что Форнезе сейчас сделает выпад и воткнет эту железку прямо мне в сердце.

Вот уж не думала, что у меня такое богатое воображение.

Маг смотрел на меня, крутил перо и молчал. Наши взгляды сцепились, ведя невидимую борьбу. Секунда, другая, третья… Не знаю, чего добивался Форнезе, но я не собиралась уступать.

– Слушайте, хватит ерундой страдать, давайте решать, что делать с герцогом, – не выдержал Бруно, а Гумер громко гавкнул и боднул меня головой. – А то, пока будем тянуть, его в подземельях ридийской тюрьмы закроют.

Форнезе моргнул. Серые глаза чуть потеплели.

– Может, объясните, что происходит? В чем обвиняют герцога? – я поочередно посмотрела на присутствующих и остановилась на Форнезе.

– В убийстве Джунио Скала, – хмуро ответил тот, и я растерялась.

– Что за бред? И с каких это пор герцога судят за убийство слуги? Где Абьери и где Скала! Да у вас же хоть десять таких Джунио убей, никто и не почешется.

– Дело не в этом, – поморщился маг.