Прежде чем Леа успела осознать масштабы опасности, ее раскрытый для крика рот наполнился водой. Нервы завизжали от внезапно нахлынувшей ледяной волны, а тело ее уже куда-то понесло. Глаза видели вокруг только угольно-черное; и она ударилась всем телом о стальные прутья подъемника и о тело Коллекционера. Но все это было мелочью по сравнению с паническим страхом, охватившим ее, когда она поняла, что кислород вот-вот закончится. Мозг и легкие едва не взорвались.

Мгновение спустя клеть вырвалась на кипящую поверхность воды, и Леа отчаянно стала хватать ртом воздух. А потом клеть снова погрузилась в холодную воду. Леа снова швырнуло на Коллекционера, который бессильно болтался в воде рядом с ней.

Под ней зияла чернота, и в бурлящей воде Леа устремилась к свету, подобно тому, как цветок стремится к солнцу. В отчаянии она наступила на тело Коллекционера как на необходимую опору, чтобы пробить поверхность воды. Между сталью и водой было как раз достаточно места для ее головы.

Леа несколько раз жадно вдохнула воздух, словно стремилась набрать его в достаточном количестве для длительного пребывания под водой, когда заметила, что уровень постепенно понижается. Вода уходила, а воздух, касавшийся ее кожи, обещал тепло.

Тем не менее, она замерла в одном положении, вцепившись руками в прутья, целиком сосредоточившись на дыхании, в то время как ее тело опускалось вместе с водой на боковую сторону клети, ставшую теперь полом. От холода тело ее ослабло, и она больше не способна была ни на какое напряжение.

Когда клеть содрогнулась от нескольких легких толчков, Леа с трудом удалось открыть глаза. Все вокруг слилось в одно целое. Следующий рывок прутьев — и ее застывшие пальцы скользнули вниз. Тело откинулось назад, и она ударилась о Коллекционера.

Кто-то коснулся ее плеча.

— Приди в себя, Леа. Нам нужно торопиться. — Голос Адама звучал заботливо, но вместе с тем хрипло и устало.

Леа открыла глаза и увидела перед собой мокрого до нитки Адама, одной ногой упиравшегося в клеть, а другой — державшегося за узкий скальный уступ.

Она мечтательно посмотрела на него, словно это видение избавления было слишком прекрасным, чтобы быть правдой. Что же за усилие воли понадобилось, чтобы вовремя добраться до клети и снова не отпустить ее в водовороте? Пока она, совершенно обессилев, боролась за каждый вдох, он, должно быть, был зажат между стеной и клетью…

В это мгновение в голове у Леа пронеслось бесконечное множество слов, но ни одно из них не сорвалось с губ. То были не настоящие слова, их нельзя было уловить и подарить. И тем не менее они были здесь, глубоко у нее в душе.