— Услуге? У побежденного тобой?

Мои внутренности тряслись. Боже, надеюсь, он пойдет на это. Мне действительно необходимо, чтобы из этого вышло что-то хорошее.

— Что ты думаешь о ней? — спросила я, указывая подбородком на Кери, стоящую сейчас рядом с Айви и разговаривающую с тремя детьми Дженкса.

Выражение Сидерала стало осторожным.

— Она сплела проклятие, которое сделало тебя маленькой.

Я кивнула.

— Еще она была третьей в заклинании, которое должно было вас убить. Она злится на меня за то, что я остановила ее. Что ты думаешь об этом?

— Я бы тоже злился, если бы воин, которому я доверяю, остановил мою руку, — сказал он осторожно. Я могла понять его дилемму. Кери пыталась убить его, но она также могла излечить их, и он знал об этом.

— Я слышал, что когда-то эльфы были отважными войнами, — добавил Сидерал.

— Она мой друг, — сказала я, снова подтянув первую ногу, чтобы скрестить ноги, поскольку боль у меня в коленях совершенно пропала. — Она самостоятельно решила жить среди моих врагов, в качестве шпиона. Она хочет вернуться, но с собой ей нужны глаза. Я хочу, чтобы вы пошли с ней. Вы все.

Сидерал посмотрел на Кери, потом на меня.

— Зачем мне помогать ей? — сказал он, в его шепелявости слышалась злость.

— Об этом вас прошу я, а не она.

Сидерал провел рукой вдоль своего подбородка, и догадываясь, что фэйри спросит про условия, я сделала вздох:

— Она живет в садах Каламака.

Его серебряные брови снова поползли вверх. Он был заинтересован, и я почувствовала пробуждение надежды.

— Там нет птиц, нет пикси, ничего, — сказала я, и Сидерал поднял взгляд на дерево, явно желая поделиться этим с кем-то. — Вы можете жить там незамеченными, занимаясь шпионажем для Кери. В мою пользу.

Неприятная усмешка Сидерала заставила меня задрожать.

— Это может быть приемлемо для моих людей, — прошепелявил он. — Однако я хочу оставить кого-то здесь.

«О, неужели?»