Обычно мне крайне тяжело раздеваться перед чужими, но Мефистофель настолько не стеснялся, настолько вел себя как дома, что рядом с ним почти невозможно было испытывать неловкость. Если у него действительно было так мало комплексов, как казалось, это было бы чертовски приятно.

Одежда была сброшена, и Мефистофель оправдал все наши ожидания. Некоторые мужчины, как и некоторые женщины, готовы на минет, но они делают его так, будто это обязанность, что-то, чего от них ожидают, а не то, что доставляет удовольствие им самим. Новый мужчина закрыл глаза и занялся членом Ашера, как занимался нами, исследуя шрамы, словно хотел ощутить каждое изменение структуры кожи на теле другого мужчины. Он сосал его, перекатывал во рту, касался губами, целовал и просто наслаждался всем, что мог делать с Ашером.

И только когда Ашер вздрогнул, выгнув спину, откинув голову на подушки, Мефистофель поднял голову и посмотрел вдоль длинной линии тела Ашера. Он убрал от него свой рот с улыбкой, все еще удерживая руками основание его члена.

- Судя по вкусу, ты скоро кончишь.

Ашер смог только кивнуть.

Мефистофель взглянул на нас троих на другой стороне кровати.

- Почему вы просто смотрите?

- Мне нравится смотреть, - ответил Натаниэль.

- Я хотела посмотреть, как Ашер отреагирует на то, что ты делаешь, - произнесла я.

Мика добавил:

- Я знал, что они хотели понаблюдать.

Мефистофель улыбнулся всем нам, его руки все еще играли с членом Ашера так, что он оставался длинным и твердым и не утратил ни дюйма.

- Смените меня, - попросил Мефистофель.

Мика и я моргнули. Я переспросила:

- Что?

В то же время Натаниэль ответил:

- Хорошо.

Он пошевелился между нами и пополз к ним. Я начинала думать, что Натаниэль во многих ситуациях вел себя более раскованно, чем мы, но когда с ним в кровати не было никого настолько же раскрепощенного, как и он, то он подстраивался под наши вкусы.

Мика решительно поместил меня перед собой. У меня создалось отчетливое впечатление, что спустя два года он, наконец, смог перейти черту, с одной стороны, ради Натаниэля, с другой - для постороннего мужчины. Я бы сказала, что руковожу процессом, но крепкая хватка его рук на моих плечах, и то, как он вытянул мое тело вдоль своего, когда лег на кровать, все это зеркально повторяло то, что делали Жан-Клод и Ричард с Завистью. Мика явно воспринимал мое тело как надежную защиту своих сексуальных предпочтений.