Я не понимала, с какой стати кому-то ему подчиняться. Несмотря на все мои труды за этой брешью все еще металось и шипело пламя, и кричали обожженные люди. Но солдаты ему подчинились: река людей с выставленными на уровне груди копьями полилась в горящий хаос рва.

Саркан с усилием оттолкнулся от стола и вернулся к окну, вытирая струйку крови с носа и губ.

— Он решил не мелочиться, — мрачно произнес он. — Каждое из таких ядер требует на отливку десять месяцев. У Польни их меньше десятка.

— Мне нужно больше воды! — сказала я, и схватив его за руку я вовлекла его в заклинание. Я чувствовала, что он хочет возмутиться: у него не было готового заклинания, чтобы мне помочь. Но он что-то раздраженно пробормотал вполголоса, а затем произнес простейшее заклинание, одно из тех, которому он пытался обучить меня в начале — как наполнить стакан водой из колодца, находящегося в подвале под нами. Он так переживал, когда я или разливала воду по столу или мне едва удавалось вызвать пару капель. Едва он произнес заклинание, вода наполнила кувшин до самых краев. Я пропела мою дождевую песенку и кувшину, и колодцу внизу, всей спящей в нем в глубине холодной воде, и выплеснула кувшин за окно.

На какое-то мгновение я утратила зрение: порыв ветра залил мне хлынувшим дождем лицо и глаза. Я вытерла лицо руками. Поток воды, обрушившийся в ров, полностью погасил пламя, оставив только несколько уцелевших кармашков. Вооруженные люди с обеих сторон скользили и падали во внезапно образовавшиеся ручьи глубиной по голень. Брешь в стене оказалась забита раскисшей глиной, и после того как погас огонь, солдаты барона загородили её остриями пик, отбросив наступавших прочь. Я с облегчением облокотилась на подоконник. Мы потушили колдовской огонь Соли и остановили атаку Марека. Он уже потратил столько сил, куда больше, чем он мог себе позволить, и все равно мы его остановили. Теперь ему придется хорошенько призадуматься о…

— Приготовься, — сказал Саркан.

Соля начал новое заклинание. Растопырив пальцы, он поднял под углом руки вверх, пристально глядя вдоль них. Из каждого пальца появился серебристый луч, который разделился на три. Дугообразные лучи опустились по другую сторону стены, каждый выбрав свою цель: чей-то глаз, щель в доспехах в районе шеи, в локоть держащей меч руки, у сердца.

Кажется, насколько мне было заметно, лучи не делали ничего особенного. Они просто едва заметно в ночи пронзали воздух. Потом одновременно тренькнули десятки луков. Марек выстроил позади своих пехотинцев три шеренги лучников. Стрелы были подхвачены серебристыми лучами и привели их прямо к цели.