— Да, — без колебаний ответил он. — Но я надеюсь, что ты поняла, кто такой Давиан Вудс и что не стоит ему переходить дорогу, особенно теперь, когда мы знаем, что он работает с Королевой.

— Поняла, но даже если бы я знала об этом раньше, я бы всё равно пошла на ту вечеринку.

— Из-за родителей, — сказал он.

— Да, — я притянула колени к груди и обхватила их руками. — В прошлом месяце в больнице произошла попытка несанкционированного проникновения. Фейри пытался добраться до родителей, но не смог.

— Знаю. Я чувствую, когда любой другой фейри пытается пройти сквозь мои чары.

— О.

Я должна была знать, что после того, как Конлан наложил чары на квартиру, это предупредило их о проникновении незнакомцев.

Лукас удерживал мой взгляд.

— Твои родители в безопасности, Джесси. Они были под моей защитой с той самой минуты, как их забрали из дома Хаваса, и я не позволю ничему с ними случиться.

Я могла лишь кивнуть, потому что моё горло снова стянуло. Сегодня у меня были резкие перепады настроения и, судя по всему, пока что я была эмоционально неуравновешенна.

Его взгляд переместился на фотографии моей семьи на камине.

— Твои родители знают через что ты прошла ради их возвращения домой?

— Не всё. Я собираюсь рассказать им, когда они смогут нормально отреагировать на это, — я затеребила махровый край одеяла. — Я могу кое-что спросить?

— Да.

— Если Королева Анвин стоит за исчезновением ки’тейна, зачем она пошла на это и рискнула уничтожением твоего мира?

Он провел рукой по волосам.

— Честно, я не знаю. За последние двадцать лет, Анвин настаивает на возвращении всех фейри домой и закрытии барьера между нашими мирами. Есть небольшая фракция фейри, которая верит, что люди ничтожны по сравнению с нами, но она горячо и пылко говорит о сохранении непорочности нашего мира. Если уж на то пошло, она хочет сохранить наш образ жизни, а не разрушить.

Я скривила губы от описания Благой Королевы.

— Если она не любит нас так сильно, тогда почему она позволила Принцу Рису явиться сюда?