Практически то же самое произошло и на приеме у старейшин Гиодэя – Найдэ и Моулы. В их семье оказалось пятнадцать детей и двое из них нэйады: сын и дочь несколько лет назад нашли свои пары и уже имели по одному малышу. Прием был шумный, но веселый. Однако порой я замечала, что нэйады несколько взволнованы появлением на Тэсании таких, как мы с Райэлом. Я догадывалась, что вскоре нас обоих ждет прием у Совета, а до этого нужно было пережить главный прием – у родителей моего нэйада в Эйруке. Его я ждала с тревогой. Лгать не хотелось, но и правда не определяла будущее. И в целом возвращение в Эйрук будоражило… Если бы не мой нэйад…

Мы ни на секунду не отпускали друг друга, обычно держась за руки или касаясь плечом, локтями, или он стоял позади меня, и я ощущала спиной, как в его груди бьется горячее сердце. Не было сил оторваться от него ни взглядом, ни телом. Мы переплетались с ним энергетически, психически, физически… сливались в одно целое, и это доставляло такое блаженство, что иной раз не хватало дыхания и кружилась голова.

Райэл по-прежнему был собой: сдержан, официально вежлив на приемах у старейшин, почти невозмутим, но вся его страстная натура раскрывалась наедине. Нетерпеливо выбегая из шаттла, мы бросались в объятия друг друга, как только оказывались за закрытой дверью. Иногда секс продолжался всю ночь с небольшими перерывами на перекус и ночным плаваньем в океане или в большом бассейне на крыше нашего Гостевого дома. Таких ярких ощущений я не испытывала даже с самыми любвеобильными и эмоциональными парнями на Земле. Для меня открывались новые стороны жизни в паре, сочные краски, сотни оттенков и необыкновенная палитра чувств. Страстность, необузданность и жажда Райэла обладать мной была на грани чего-то магического, и там – на Земле, я бы сказала – внеземного.

Поражали и собственные чувства. То, что он был моим по какому-то обряду единения, и даже то, что мы, по сути, были с одной душой на двоих – было недостаточно. Мне было мало! Я хотела его всего, без остатка, обладать его мыслями, душой, телом… Навсегда! Только я!

Никогда не замечала в себе столько собственничества. Это ли не было болезнью любви?! Это пугало и опьяняло.

Мы подолгу сидели после секса, обнявшись. Я, как обезьянка, обхватывала его бедра ногами и обнимала руками за плечи и шею, уткнувшись носом в ключицу, вдыхая его неповторимый запах. И Райэл крепко прижимал к себе, горячими ладонями поглаживая мое тело, вплетая пальцы в волосы, целуя в висок, ушко, шею и плечо, пробуя на вкус и глубоко вдыхая. Нам даже не нужно было разговаривать: мы чувствовали друг друга, наши Тэсы говорили за нас. Я растворялась в нем, а он во мне.