38. Беру

38. Беру

Беру почувствовала, как жизнь Странницы угасла, подобно пламени свечи. Внутри нее гремела ярость бога.

Его не удовлетворила смерть Странницы.

Собственная боль Беру, ее страх и отчаяние набросились на власть бога над ней. Она чувствовала, как он сопротивляется, какое отвращение испытывает к человеческим чувствам Беру.

Он повернулся от тела Странницы к Эфире, в шоке наблюдавшей за происходящим, все еще с Чашей в руке.

– Продолжай, – поторопил ее бог. – Освободи меня.

Эфира смотрела на него в ужасе. На ее лице были написаны сомнения.

– Сделай это.

Эфира закрыла глаза и задрожала. Чаша снова загорелась, и Беру почувствовала, как сила сестры тянет бога.

Словно их разрывают на две части.

Свет полился из рук и глаз Беру, покидая ее. Прожигая.

Они были слишком переплетены, слишком много времени провели в одной ловушке. Если бога вырвут из ее тела, это ее убьет.

А бог убьет всех остальных в санктуме.

«Стой!» – хотелось крикнуть ей. Она в панике боролась с щупальцами контроля бога.

«Гектор», – подумала она. Его чувства раньше помогали ей найти якорь, и она поискала их под яростью бога, под собственной беспомощностью.

И почувствовала… решимость.

– Эфира, – сказал Гектор, стоявший рядом с ней. – Ты должна сделать то, о чем я попросил. Сейчас, пока еще не поздно.

Их глаза встретились, когда он сделал шаг к Эфире. Замешательство Беру превратилось в понимание.

Эфира не собиралась освобождать бога. Она хотела вселить его в Гектора.