— Ты обещал всего быть со мной, — шепчу ему. — Возвращайся ко мне, Вель! Пожалуйста, вернись ко мне!

Мои последние чёрные слёзы попали прямо в его глаза. И он распахнул их. Закричал, забился в конвульсиях с такой силой, что пришлось обхватить его руками, придерживая. По телу шли разряды молний восстанавливая отмершую ткань. Возвращая жизнь. И мужчина затих, погружаясь в глубокий сон.

— Молодец, — говорит Девос. — Теперь оставь его. Не переживай, он будет чувствовать тебя, но волку нужно время, чтобы проснуться, а мы больше не можем ждать.

И как в ответ на его слова, я услышала волчий вой. И увидела — огонь уже рядом. Уже под нами. И почти накрывает весь мир, готовясь схлопнуть одну из жемчужин ожерелья и как эффект домино — разрушить все остальные.

— Как их остановить?! — в отчаянии обращаюсь к старому дракону, а в голове звучат слова Девона: «Никак. Смирись. Ты не успеешь научиться всему. Мир сгорит. Сгорит и ожерелье. У тебя нет иного выбора, как бежать в портал домой!»

— Я помогу, — просыпаясь от дрёмы умирающего, прошептал дракон с какой-то затаённой грустью глядя в глаза. — Я сделал всё, чтобы мы оказались здесь. Как и предсказывала одна из сов. Чтобы спасти миры, я должен был пожертвовать твоей человеческой жизнью. Чтобы ты встретила Кая и поборола зависимость. Влюбилась и потеряла любовь. И не единожды прошла через боль. Стала такой, чтобы выстоять перед моим сыном. Чтобы самой стать Демоном. Чтобы управлять им. Чтобы закончить дело. А я буду направлять тебя, пока есть силы.

— Шеф, — шепчу, замечая струйку крови, спускающуюся из его рта. Он закашлялся, вытирая рот. — Я могу?..

— Нет. Но можешь помочь всему ожерелью, избавив его от драконов и их наследства. Пришла пора исправить наше вмешательство, — мужчина протягивает мне руки и я направляюсь к нему. Помогаю встать. Обнимаю его, поднимая в воздух, превращаясь в белоснежного дракона. Он лежит на моей спине, и не словами — душой, говорит, что делать.

Мои крылья — бесконечны, как и мои мысли. Движение против огня и Дикой охоты — это взмахнуть и потушить ветром.

Тень моя идёт по мирам. Она накрывает каждого и они вздрагивают от миллионов мурашек, забегавших под кожей. Они видели белого дракона и не поняли, что это было. И почему изменилось всё.

Почему волки вновь стали собой. Больше никакого альфы, беты или омеги. Никаких триад. Никаких границ, кроме тех, что строит разум.

И совы ослепли, прозрев, а лисы потеряли эфемерную связь с природой, вновь став плотными и материальным. Огненные джины обрели рассудок, а ледяные перестали быть скульптурами, вернув плоть. Насекомые вновь обрели способность менять внешность, а рептилии больше не обладают коллективным разумом. К кошкам вернулся сон, а к подводным обитателям способность дышать и выходить на сушу.