Тяжело дыша, я неслась по Дикой Улочке. Здесь магазины закрылись на ночь, окна были тёмными. Мне предстояло преодолеть ещё десять улиц.

Пока я бежала, звуки моего дыхания образовали единый ритм с топотом ног.

Девять улиц.

В детстве мы с моей сестрой Элис играли в игру: мы бежали по улочкам, притворяясь, будто за нами гонится фантом по имени Шкурный Монстр Тревор. Не знаю, откуда Элис выдумала такое имя, но я представляла его кошмарным. Если бы он поймал нас, он оставил бы после себя лишь горку окровавленных костей. Я почти слышала в голове голос Элис, подгонявший меня. «Лила! Тревор идёт за тобой! Он убьёт тебя!»

Вот только теперь за мной гнался не фантом. Это мужчины из плоти и крови, которые хотели меня порезать.

Мой взгляд метнулся вперёд, где от главной улицы между двумя заброшенными магазинами отходил узкий переулок. Я бросилась туда.

Позади меня ботинки бандитов топали по камням.

Мои лёгкие горели, когда я выбежала из переулка на Сорочий Двор — тесную улочку с трущобами, где всё воняло мочой и тухлой рыбой.

«Почти на месте… почти добралась до Библиотеки».

— Прекрати бежать, кисонька! — кричали они позади меня. — Милая Лила!

Ну само очарование. Но я не собиралась останавливаться и сдаваться им в лапы, ведь так?

Я свернула за угол. Впереди газовые лампы освещали улицу подрагивающим светом. Это был Петушиный Ряд, названный так из-за соседства с парком тенистых деревьев, где работали уличные шлюхи[1]. Напротив парка огромный мюзик-холл занимал целую площадь.

Теперь я почти добралась до дверей. Я украдкой обернулась через плечо, и меня затопило облегчение.

Ни следа Грубых Парней. Я снова оторвалась от них. Ха! Тормознутые ублюдки.

Я действительно рассмеялась от облегчения. «Неплохо, Лила. Очень даже неплохо».

Положив ладонь на дверную ручку, я посмотрела вверх на мюзик-холл «Библиотека», на светящиеся окна, где виднелись танцующие люди. Трёхэтажное здание из красного кирпича возвышалось передо мной. На первом этаже каменный фасад был выкрашен ярко-красной краской, но теперь она выцвела и превратилась в нечто более красивое. Мне это нравилось. Музыка пульсировала за стенами, грохочущая и раскатистая. Это роскошное место располагало всем, чего я когда-либо хотела.