Я собралась, наконец, спросить у женщины, как ее зовут и откуда она может знать старика, который в первый день знакомства хотел от меня избавиться. По выражению ее лица было понятно, что она знает больше, чем скажет, но хоть какие-то ответы я хотела получить. Но, как обычно, я слишком долго думала, а надо было действовать.

— А вы…

Женщина закрыла мне рот ладонью и приложила палец к губам, призывая помолчать.

— Они идут, — она спохватилась и вцепилась в свои юбки, бросившись куда-то в сторону.

— Кто идет? — посмотрела я на дверь. — Я ничего не слышу. Вы уверены, что сюда идут? Замок большой, могут и… Дракона мне в мужья!

Женщина отдернула один из гобеленов на стене и коснулась каменной кладки. Сначала ничего не происходило, а потом я увидела, как стали проявляться очертания двери. Если бы она еще и золотой ключик достала, чтобы эту самую дверь открыть, я бы признала, что эта поездка в замок была не самой плохой.

— Так все это время здесь был проход?! — Ноги сами несли меня к нему. — Вы не хотели, чтобы я ушла! — вспыхнула в голове неприятная мысль. — Вы с ними заодно?

Мне не хотелось верить в это, но разве может быть другой ответ? Если она на моей стороне и видела, как я ищу выход, то почему не сказала сразу о потайном ходе?

— Прости, — женщина коснулась моей руки, — я просто хотела побыть с тобой чуть подольше, — она едва заметно улыбнулась, и глаза ее наполнились грустью. — Я не знаю, удастся ли нам увидеться еще. Это могут быть последние минуты с тобой наедине. Не поверишь, как я завидую Огиеру, ему крупно повезло.

Все страннее и страннее.

— Допустим, я верю, что вы не играете за команду Барольда, но откуда такой интерес ко мне? И почему это Огиер везунчик? Потому что встретил меня? Поверьте, этот старик расскажет вам много такого, отчего можно облысеть. Нервы у него совсем ни к черту, еще я подливаю масло в огонь.

Она подалась вперед и, заключив в объятия, оставила быстрый поцелуй на моей щеке. И в этих простых действиях чувствовалось столько отчаяния, что я ощущала его на собственном языке горьким вкусом безысходности. Мне это не понравилось. Эта женщина никак не вязалась у меня с черной безнадегой. От нее должно оставаться послевкусие малинового варенья и ласковых объятий.

— Уходи, — она толкнула меня назад. — Беги все время прямо. А на развилке поверни налево. Продолжай бежать, пока не наткнешься на маленькую дверцу. Она ведет в кухню. Там ты сможешь выбраться через заднюю дверь — в такое время ее никто не охраняет.

— Откуда вы все это знаете? Это был ваш замок? — я схватила ее за руку и не двигалась с места.