Бородач хмыкнул, совершенно никак не отреагировав на удар по голове, а следующий вопрос вместо него задал хмурый черноволосый, с печатью нордической суровости на лице.

— И зачем мы здесь тогда?

— Как раз затем, чтобы отыскать среди вас того, кто станет Владыкой, — произнёс новопришедший таким тоном, что остальные замерли, словно ожидая, что любое неосторожное движение убьёт их на месте.

— Мы слушаем тебя, Верховный Жрец, — склонил голову блондин, и тонкая коса, заплетённая на виске сбоку, покачнулась. Остальные неохотно, но всё же последовали его примеру и опустили голову.

Я окинула взглядом того, кого блондин назвал Верховным Жрецом. Тоже мне, верховный. Внешне больше похож на рокера-металлиста: в кожаную куртку вставлены металлические цепи, на руках перчатки с обрезанными пальцами, а на шее даже татуировка виднеется.

В воцарившейся тишине женщина выудила из-за пояса своего платья тонкое полупрозрачное покрывало, которое накинула мне на плечи.

— Спасибо, — прошептала я, и она с легкой улыбкой кивнула в ответ.

— И правильно делаете, что слушаете, — чуть более спокойно произнёс Верховный Жрец. Он обошёл вокруг ложа, осмотрел меня со всех сторон и, наконец, обратил свой взор к мужчинам, некоторые из которых неохотно натягивали майки на точёные торсы. — Позвольте представить, леди Сапфира, Верховная Жрица, благословлённая самой Богиней-Матерью. Последние месяцы она денно и нощно искала в древних трактатах записи о том, как нам восстановить род драконов, и вот, наконец, свершилось. Прошу вас, миледи.

Женщина степенно кивнула и вскинула голову. Хоть по факту она и была на пару голов ниже большинства присутствующих, смотрела на них с таким достоинством, что казалась по меньшей мере королевой. Я сжала пальцами края покрывала и крепче в него закуталась в бессознательной надежде, что оно спасёт меня от этих странных, пугающих людей. Мужчины так и стояли, склонив головы, лишь только из-под густых бровей наблюдая за жрецами.

— Избранная, — возвысила голос женщина, — должна быть невинна, как цветок лотоса, что только распустил свои лепестки навстречу солнцу. И лишь невинная сможет родить драконицу. Если кто-то из вас пойдёт на поводу собственного хвоста, на его совести будет вымирание вашего рода!

Кто-то тихо выругался.

— Своими руками голову откручу, — мрачно пробасил особенно широкоплечий из парней.

Жрец хмыкнул и обратился как мне:

— Как же вас зовут, избранная?

— Что?.. — я моргнула. — Ли… Лиза… Елизавета.

— Как, простите?

— Елизавета, — громче и чётче произнесла я. — Может, вы уже объясните мне толком, где я и что здесь происходит?