Самой слабой моей стороной была Анна. Собираясь убедить маму позаботиться о ней, так как в силу понятных причин не мог позаботиться сам, я понимал, что вместе с Анной и Кира станет уязвимой, но не было больше никого, кому можно было поручить такое дело.

Возможно, я бы обратился к оборотням, даже зная, что меня там больше не примут и могут сразу убить, не дав и проронить и слова. Я готов был рискнуть. Мне просто не кому было доверять, кроме стаи, хотя я уже и не являлся её членом. Но после того, как Волчье село было сожжено и практически сравнено с землёй, я не знал, где искать деда, отца, Ратмира. Я не обнаружил ни одного следа старшей стаи. Ни одного следа человека. В то, что все могли погибнуть, я не верил. Не осталось тел, кроме шести волков экспонатов музея. На месте пожарища не осталось ничего, что могло бы натолкнуть меня на мысль.

Оставалось надеяться только на мать. Она, как и всегда, постоянно меняла место своего жительства и просто так её было не найти. По телефону мы никогда не связывались, зная, что его могут прослушивать. Для связи существовал единственный способ — она всегда оставляла для меня свои координаты в баре. Там было почти пусто, с утра посетителей не так много. Заказав бармену вишнёвый сок, я написал на салфетке кодовое слово. Взглянув на салфетку, бармен открыл потайной ящик и выудил оттуда конверт. Из письма я узнал, что съёмная квартира находилась теперь на другом конце города, но для меня это не было проблемой. Во время путешествия на общественном транспорте я мог подумать о предстоящем разговоре.

Мать встретила как обычно — спокойно, без особых проявлений чувств, словно я только что, буквально полчаса назад отлучился ненадолго, вышел в магазин, либо просто ходил прогуляться.

— Я не надолго, — сказал я вглядываясь в родные глаза.

— Тогда сразу систему? — предложила она. — Ты ведь ещё не пьёшь?

— Давай систему! — согласился, наблюдая, как она достаёт из холодильника пакет с кровью и подвешивает его над диваном.

— Тебе нельзя пропускать капельницы! Ты ослабеешь! — сказала хмуро, прокалывая мне кожу иглой на сгибе локтя и подключая систему. — Тебя не было две недели.

— Мам, ты можешь не отчитывать меня, я не мог прийти.

— Опять устраивал геноцид мелким кровососам? — спросила с усмешкой, садясь в моих ногах на диван.

— Я встречался с высшими. Две недели ждал их повелителя. Сегодня состоялся главный разговор.

— И как он тебе? Повелитель кощеев? — спросила с опасением, внимательно глядя на меня.

— Холодный, скользкий, мерзкий, как и все кровососы! — с презрением ответил я и, взглянув прямо в глаза, поинтересовался: — Кстати, напомни мне, почему ты ненавидишь вампиров?