— Алекс! — и в ответ на мой зов из соседней комнаты послышались приближающиеся шаги, распахнулась дверь и на пороге появилась она: — Кира? Где я? Где Алекс?

— Доброе утро, дорогая, — приветливо улыбнулась мне на вид хрупкая, но на самом деле очень сильная молодая женщина. — Я приготовила завтрак! Идём, тебе нужно поесть.

— Позови Алекса, пожалуйста, — пробормотала я.

— Его здесь нет…

— Где здесь?

— Мы с тобой находимся в настоящей глуши, в старой заброшенной деревне, где осталось-то всего несколько старух, коза и восемь кур, — терпеливо объяснила женщина.

— Зачем мы здесь? — я насторожилась.

— Ты задаёшь правильные вопросы, девочка! — будто бы похвалила она меня, но выглядела нервной. — Ты здесь, чтоб никто не смог добраться до тебя!

— Значит он снова бросил меня? С тобой? — я нахмурилась.

— Глупая! Александр хочет тебя защитить! — терпеливо, словно маленькой девочке, объяснила Кира.

— Я здесь не останусь! Тем более с тобой! — закричала я.

— Что такое? Чем я тебя не устраиваю? Я хочу всего лишь приглядеть за тобой, пока он не может быть рядом! — тоном, в котором отчётливо слышалось раздражение, сказала женщина.

— Ты меня всем не устраиваешь! — со злостью взглянула в тёмно-карие глаза. — Не хочу иметь с тобой ничего общего! Я тебя ненавижу! Поняла?

— Ясно, дорогая. За что, позволь узнать? — её тон стал обманчиво вкрадчивым.

— Это ты сделала его таким! Ты во всём виновата! — закричала я на неё.

— Ты ошибаешься, дорогая! Таким он стал не только по моей вине! Мы с тобой вместе сотворили это с ним! И нечего перекладывать на меня вину! — голос Киры стал таким резким и острым, что им можно было резать всё, что попалось бы на глаза.

— Если бы я знала, что моя кровь сделает из него вампира, я бы никогда на это не согласилась! Я послушала тебя, о чём сейчас очень жалею! — на моих глазах выступили слёзы.

— Успокойся! Думаешь, я знала об этом? Я действовала на свой страх и риск! Сын угасал с каждым днём! Он мог умереть! А теперь, что есть, то есть! Зато он жив!

— Думаешь, такой жизни он хотел? — опустив голову, сквозь слёзы прошептала я.

— Ты права. Он не заслужил такого, но теперь ничего не исправишь…