Его улыбка снова стала дерзкой и по-хозяйски наглой.
— Покажи мне себя, женщина-сапфир. Соблазни меня. Заставь возжелать тебя так сильно, чтобы завтра это принесло мне победу над нашим врагом. Моим. И твоим.
Равена задышала чаще. То ли виной тому были одурманивающие ее сознание благовония, то ли золотой свет луны заколдовал ее, но слова Самани словно проникли ей под кожу и опьянили ее разум.
Перед ней был чужой мужчина, которого она впервые увидела лишь сегодня утром. И сейчас этот мужчина хотел того же, что и она — отомстить Амиру, уничтожить его.
— Не бойся, — призывно глядя на нее, улыбнулся он улыбкой того, кто привык получать желаемое. — Я не сдвинусь с места, останусь тут — буду только смотреть.
Словно зачарованная, не отводя взгляда от устремленных на нее жадных изумрудных глаз, Равена медленно поднялась. Вода соскользнула с ее плеч, обнажила грудь и живот, остановилась на бедрах дразнящей прозрачной преградой.
Глаза Самани снова потемнели, но в этот раз не от гнева — в них плескалось желание.
Повернувшись к нему спиной, Равена неторопливо вышла из воды по деревянной лесенке, позволив мужчине у нее за спиной рассмотреть ее всю. Подойдя к своей одежде, она наклонилась и взяла ее в руки. Потом обернулась.
— Ты все увидел? — посмотрела она на Самани.
Он улыбнулся с тем сладострастием во взгляде, которое не оставило бы сомнений ни у одной женщины.
— Все.
— Хочешь меня?
— Хочу.
Прижав одежду к груди, Равена сощурила глаза и сжала губы.
— Тогда одолей его, — внезапно часто задышав от всколыхнувшейся в ней ненависти к убийце своих родителей, произнесла она.
И после небольшой заминки добавила с холодной яростью:
— Уничтожь его. Сделаешь это — и, получив меня, станешь главой клана.
Самани ухмыльнулся. Он выглядел довольным и раззадоренным.
— Ты хороша, женщина-сапфир. Будь уверена — ты станешь моей. Теперь я просто не могу проиграть. Смотри на меня, когда я сокрушу его. Обещаю, тебе понравится.
С этими словами он поднялся на ноги и, одарив ее напоследок взглядом, полным вожделения, спрыгнул в воду.