Судя по всему, в своих владениях ллисканцы вообще не скрываются. Но оно и понятно, серьезного противника у них здесь нет. И не верю, что до сих пор не знают о нашем присутствии. Но чего ждут? Смотрят, что будем делать и как далеко зайдем?

С приятной прохладой я, конечно, поспешила. На лесной окраине, где еще чувствуются порывы ветра, было действительно очень приятно, но чем глубже мы идем, тем более душным и насыщенным становится воздух.

И это уже не прежний аромат цветущей травы, это нечто куда более тяжелое. Странно, конечно, рассуждать об ароматах, когда сам воняешь, как выгребная яма, но девочка я или где?

И снова никого, хотя готова поклясться, что чувствую взгляд невидимого наблюдателя. Что почти видела кого-то в кустах или за деревом, почти слышала шорох небрежно тронутых веток.

Деревья стоят густо, но вскоре перестают быть такими уж полными сил и жизни. На стволах появляется мох, плесень, а еще странные шарообразные наросты с гладкой глянцевой поверхностью. Не знаю, что это такое, но точно не грибы.

Вода выступает из податливой почвы при каждом шаге, приходится спешиться и вести лошадей в поводу.

Признаться, если бы не постоянно ухудшающееся состояние леса вокруг, я бы быстро потеряла ощущение направления. Солнца здесь почти не видно, а хорошо пружинящая почва быстро скрывает следы. Но провожатый ведет нас уверенно.

— Куда мы идем? - спрашиваю на всякий случай.

— Здесь, на окраине болот, расположено несколько небольших деревень. Нам нужно засветло добраться до одной из них. В противном случае ночь мы не переживем.

— За нами следят?

— Не сомневаюсь в этом. Ведут еще с равнины.

— Почему не показываются?

— Думаю, опасаются. Ллисканцы не любят прямых столкновений. Они не воины, больше - охотники. Ваш отряд достаточно велик, чтобы создать проблемы в открытом бою. Но ночью, на их территории, у нас нет шансов.

И, точно на зло, до самой ночи нам никто не попадается. Хотя две деревни мы находим. Только совершенно пустые. И видно, что покинули их совсем недавно. Даже угли в очагах еще горячие.

Вот тебе и уверенность, что без проблем сможем найти тут собеседников. Варианта, что с нами тупо не захотят говорить, я не предусмотрела.

А между тем, день клонится к завершению, еще какой-нибудь час - и станет очень-очень темно и очень-очень удобно стрелять в нас из засады.

— Сейчас они здесь? Видят нас?

— Почти наверняка.

Непроизвольно тянусь рукой к подаренной Амелией броши на плаще. Мы не можем повернуть обратно, даже если бы не было риска попасть в ночную засаду.

Просто не можем.