Три мести Киоре Наталия Корнеева
Три мести Киоре
Наталия Корнеева
Пролог
Пролог
В Тоноле редко бывало солнечно. Туман, мерзкая морось, облака — обычная погода в столице. Огромный город, подобный плотоядной рыбе, пожирал всё новые и новые земли, перебирался мостами через реки и стремился дальше, дальше и дальше, разбрасывая по холмам и равнинам бараки нищих, многоквартирные дома-коробки, коренастые казённые здания и огромные особняки богачей. Соединяли кварталы ходившие туда-сюда кебы и двуколки, изредка тарахтели автомобили: ездили они медленно, чадили, стоили дорого, но стали символом роскоши для дворян.
Однако в квартале нищих не дымили порождения научной мысли: кому взбредет в голову ехать туда, где дышать можно с трудом? Бельевые веревки падали на головы, перегрызенные крысами, оборванцы валялись вдоль дорог. Пустые, разбитые бочки, ящики, мусор. На этих улицах, в тесных подворотнях и тупиках многое мог отыскать избежавший удара в спину.
Сюда стекали, как в огромную яму, сплетни и слухи. Несчастную сироту переехало каретой? Квартал негодовал и устраивал погромы в городе. Убили дворянина? Кварта прятал убийцу. Здесь жили душегубы, воры и бедняки, здесь коротали свой век неудачники и разорившиеся богачи; отсюда мечтали вырваться к лучшей жизни и отсюда никто так и не ушел…
Теперь квартал нищих бурлил: в этот раз слух, о котором узнает последняя крыса столицы, рождался у них. И плевали нищие на промозглую морось, которая на мягких лапах подносила старикам ревматизм, а молодежи — воспаление легких! Они поправляли дырявые перчатки, крутили бородавчатыми носами и запахивали грязные плащи, стараясь согреться и не упустить ни мгновения в происходящем!
Та, что станет героиней сплетен, шла по осклизлым мостовым, ступала босыми ногами в лужи и смрад, и морось, казалось, не касалась ее. Одето на ней было абы что — последний бедняк побрезговал бы. Саржевая рубаха до колен спадала со смуглого плеча, обнажая костлявые ключицы; составленная из лоскутов выцветшая юбка с одного бока волочилась по земле, а с другого терялась где-то под рубахой. Тощую талию перепоясал кусок ткани, и на нём болтался мусор: кости, огрызок яблока, кольцо из медной проволоки, веник высохших цветов… Но больше всего нищих поразили перья, малиновые и серебристые. Легкие, воздушные, роскошные, они покачивались в темной гриве спутанных волос, походивших на гнездо.
— Яка краля! Слепыш! Не слыхал чего? — сплевывала на землю через дырку между зубами местная гадалка, дурившая людям головы по улицам столицы.