В шатре стоял их генерал — лорд Андер, суровый и статный в своей черно-серебристой броне. Рядом замер оруженосец, а чуть в стороне внучатый племянник короля — лорд Зайнем. Оба они разговаривали на повышенных тонах.

— Это твои лучники не досмотрели!

— Я говорил не выходить на открытое место и встать в лесу, — Цедил генерал. — Я говорил, что атака вивернов вероятна.

— Говорил! — фыркнул Зайнем. Он был полноват, и доспехи на боках стягивались широкой шнуровкой. Они были чистыми и нарядными. Ни разу за три года войны лорд-приживалка, как его прозвали в рядах солдат, не вышел в бой. — Посмотри до чего дошло!

— Где лекари? — процедил генерал.

— Генерал, — вытянулся вестовой. — Только cестра. Магистров ещё не доставили.

— Осмотрите рану, живо! — Γаркнул генерал.

— Что за бестолочи! Я найду магистров! — Зайнем вышел из шатра. Эл с облегчением выдохнула.

Она прошла в центр и огляделась. Шатер мага был самым странным местом, в котором ей довелось бывать. Всюду чадили лампы, исходили горячим воздухом жаровни. На полу стояли подставки с ароматными палочками. На низком столике из белого мрамора, украшенном искусной резьбой, сверкали драгоценные кубки и золотая посуда. С потолка тут и там свисали загадочные пpедметы — то ли магические, то ли нет. Эл не имела об этом никакого понятия. Но все они вращались, кружились и сверкали камнями и золотом в свете жаровен.

Постель мага была устлана редчайшей шкурой волга — гигантского зубра, что водился только в заокраинных степях. Такая шкура согревала даже в лютый мороз. На ней в ворохе подушек из тончайшего разноцветного шелка полусидел их маг. На маленькую подставку он водрузил ногу. Штанина легких голубых шаровар была закатана до колена. Рубашка из тонкого шелка небрежно распахнутая, обнажала смуглую безволосую грудь. Он лениво ел виноград, отщипывая его с блюда, которое мальчик-паж держал прямо под его рукой.

— Это просто царапина, — Лениво сказал он и отпил вина из кубка. Эл подошла и взглянула на рану. Выглядела она не слишком опасно. Виверн лишь слабо прихватил кожу и мышцы на лодыжке. Однако зубы этих тварей всегда были ядовиты.

Эл быстро достала свой жгут, отмотала от клубка два локтя и обвязала его ногу повыше колена. Она потянула, затягивая, и маг подскочил.

— Ты что делаешь, глупая женщина?! — зашипел он. Впервые они встретились взглядами. Эл никогда не видела его так близко. Иногда где-то вдалеке он скакал с другими лордами на своем ярко-рыжем жеребце, украшенном голубой попоной с вышитыми магическими оберегами. Он был молод, этот их Ифрит. Не больше двадцати. Вьющиеся черные волосы отливали синевой в свете жаровен, смуглая кожа ластилась здоровьем и холеностью, а черные глаза горели мрачной азартной искрой. Он был очень красив. Черноволосый, темноглазый и смуглый — типичный южанин. В ухе его сверкал круглый рубин, а прямо под ним, не соединенный с серьгой ничем, кроме магии, вращался ещё один в виде слезы. — С ума сошла?! Где Илрин?