И впала в задумчивый ступор.

– Есть хочешь? – робко подал голос герцог, заставив меня сморгнуть и обратить на него внимание.

Подумала, похмурилась… и кивнула, уточняя:

– А ты теперь мне отец или нет?

– Отец, – ответил за него Люций и с нескрываемым негодованием тоже взглянул в сторону окончательно смутившегося герцога. – Сам кашу заварил, сам теперь и будет за последствия отвечать. Представляешь, две тысячи лет мужику, а мозгов меньше, чем у Алана! Как в пятьдесят помер, так пятидесятилетним и остался! А ты помнишь, что для драконов это еще юношеский возраст? Он же хотел на тебя проклятие перекинуть! Начитался где-то ерунды, что это возможно, а о последствиях не подумал! Ну не идиот ли?!

– Не бузи на папку, – строго осадила я разошедшегося Люция, отчего оба дракона (и большой и маленький) ошеломленно уставились на меня. – Во-первых, он спас меня в день равноденствия. А во-вторых, его зверски убили тьму лет назад и обрекли на вечное одиночество. До кучи еще и любимая предала. Это, знаешь ли, радости в жизнь не добавляет. Все мы ошибаемся, но лично я считаю, что та, первая девица, тоже виновата в произошедшем. Не ходила бы налево, не испортила бы жизнь стольким людям. Поэтому ша, карапузики! Оставляем прошлое в прошлом и с позитивом смотрим в будущее.

Оценила, какой эффект произвела моя вдохновенная речь, после чего с искренним любопытством поинтересовалась:

– А что у нас на завтрак?

– Вообще-то уже время обеда, – проворчал фамилиар, но не смог долго дуться (ведь я была права!) и полез ко мне обниматься. – Шанни, ты не представляешь, как я рад, что ты жива! Я так испугался!

– Я тоже рада. – Я погладила дракончика и аккуратно прижала его к груди, чтобы не расплющить.

Краем глаза заметила, с какой завистью смотрит на нас поднявшийся на ноги герцог, и, недолго думая, распахнула свои объятия и для него, по ходу дела едва не потеряв одеяло.

– Папуля! Обнимашки!

– Серьезно? – Скептичное выражение лица не соответствовало выражению глаз, поэтому я активно закивала и замахала руками, подзывая его к себе. – Ну ладно…

С напускной неохотой мужчина приблизился ко мне и неловко присел на край кровати. Резко подавшись вперед, я оплела его руками, как хищная лиана, и от души потискала, чтобы ощутил всю силу моей дочерней любви. Под конец он даже фыркать начал, безуспешно пытаясь скрыть смех.

Собственного отца я не знала и понятия не имела, знал ли он обо мне, так что сейчас смутно представляла, какие нас ждут взаимоотношения. Я бы предпочла дружеские.

– А как тебя зовут? – спросила совершенно невпопад, когда устала обниматься и поняла, что голод побеждает.