Но нам везло, и мы, миновав центральный холл, замерли перед запертой дверью хозяйского кабинета, где, по заверениям фамилиара, находилась дверь с тайным ходом. Снова пошло в дело заклинание универсального ключа, и я на всякий случай заперлась изнутри. Не гранитная преграда, но все же даст нам пару секунд форы.

Не став рассматривать обстановку кабинета, я поспешила за едва уловимо светящимся в полумраке дракошей, который безошибочно нашел тайный рычаг, отрывающий ход, и первым нырнул в мрачный зев туннеля. Ни факела, ни светильника, но я была сообразительным бытовым магом и быстро наколдовала рой светляков, которые полетели впереди, освещая мне путь.

Узкие ступени спускались резко вниз, и я повыше приподняла подол, чтобы не запнуться о него. Двигались мы молча, сосредоточенно, прислушиваясь к каждому шороху и в любой момент ожидая погони. Но вот ступени закончились, и дальше ход разветвлялся. Один уходил резко налево и ближайшие несколько метров был прямым, после чего дальнейший путь тонул во мраке, второй вел направо и вниз, снова изгибаясь уже через метр. Люций выбрал правый, и мне пришлось тщательно проверять, куда ступаю, потому что пол туннеля был ужасно неровным, и любой неверный шаг грозил мне вывихом, а то и переломом.

По счастью, правый туннель оказался коротким, и всего метров через двадцать мы с фамилиаром вышли в подземный грот с озером. Создав побольше светляков, чтобы увидеть его границы, я не смогла сдержать испуганного вскрика, когда поняла, что мы здесь не одни.

Из воды, словно воплощение Первостихии, выходил он… Морской Дьявол.

Прекрасен, как бог. Полностью обнаженный. Ни капли не удивленный… По его гладкой коже стекала вода, но волосы оставались сухими, а глаза сияли изумрудным светом и… насмешкой.

– Уже соскучилась?

– Я…

Правду я не собиралась говорить ни в коем случае, а ложь, как назло на ум не приходила, поэтому я попробовала единственное, что могла: поговорить.

– Зачем я тебе? Между нами нет любви, мы вообще друг друга не знаем. Неужели считаешь, что насилие – выход? Это жестоко: спасти только затем, чтобы сломать самому. Я благодарна тебе, правда. Безумно благодарна… Но не люблю.

Наклонив голову набок, словно так лучше слышалось, дракон медленно сократил между нами расстояние и приблизился почти вплотную. Гораздо ближе, чем мне было комфортно. Изо всех сил стараясь смотреть ему в глаза и пытаясь понять, что он думает, упустила момент, когда выражение его лица стало жестче и с губ сорвались злые слова:

– Ты моя по праву договора с родом. Моя телом и душой. Продана лживыми и трусливыми тварями, обрекшими меня на столетия боли и одиночества. Думаешь, я жесток? Эгоистичен? Лицемерен? А давай проверим!