– Интересно, Аллиан вздернул эту тварь? – пробормотала я себе под нос.

– Если ты о тех, кто виновен в гибели твоих родителей, а также о тех, кто причинил страдания тебе – будь спокойна. Их души уже в чертогах Богини.

Меньше всего я ожидала увидеть Владыку, который сидел около меня и пил чай.

– Аллиан сейчас вернется, девочка. И я рад, что ты пришла в себя.

– Здравствуйте, – ошеломлённо выдохнула я, размышляя, стоит ли мне вскакивать с софы и выказывать Владыке почтение. – Простите, я не заметила вас...

– Сиди, Эстель, – мягко, но непреклонно заявил мужчина. – Не нужно вставать. Ты у себя дома, и мягко говоря, не в том состоянии, чтобы следовать нормам этикета. Да и мне бы хотелось познакомиться с тобой снова. Ты же не против?

Интересно, а будь я против, он как бы отреагировал?

Но мне не хотелось спорить, на самом деле, я была не против познакомиться ближе. Почему нет? К тому же, глядя на осунувшегося, бледного мужчину, мне его стало по-человечески жалко.

Уж не знаю, что там ему устроила супруга, но отразилось на нем это просто чудовищно.

– Не против, – ответила мужчине, разглядывая его и подмечая не только тени, глубоко залегшие под глазами, но и то, что сам дракон явно бы хотел скрыть.

У него дрожали руки. Словно это было какое-то нервическое заболевание, с которым он справиться не мог.

– Ты готова поесть? Позвать твою мриар?

Я прислушалась к себе и поняла, что несмотря на то, что сегодня достаточно много прибегала к магии, кушать меня не тянет. Даже сладкого не хочется.

– Нет, спасибо, пока не хочется. И если честно, то и видеть никого не хочется.

Владыка ничего не спросил только брови его чуть взлетели, словно бы безмолвно спрашивая, а не мешаю ли я тебе деточка?

– Как давно вы тут?

– С момента, как Аллиан привел тебя домой и посла мне зов. Мне нужно взглянуть на шкатулку, пока жрец изучает свиток, который вы нашли.

Удивительно, а ведь отец тариана не тревожил меня, пока я пребывала в собственном горе и мыслях, хотя прибыл сюда с определённой целью.

– Ты еще не готова с ней расстаться? – мягко спросил он, а я прислушалась к себе и к тем ощущениям, которые испытывала по отношению к шкатулке.

Сложно сказать, отдавать насовсем точно не желала, просто показать – могла.