Пока я, отдыхая, бездумно смотрела на пламя в камине, Рур, развалившись, как здоровенный котяра, смотрел на меня. Что интересно, стыдно не было совершенно. Наоборот, от его взгляда что-то горячо аукалось внизу живота. Похоже, кто-то отнюдь не насытился…

Хотелось валяться так бесконечно, но некоторые непрояснённые моменты не давали покоя.

Правда, первым делом, как только ко мне вновь вернулась способность соображать и более-менее связно выражать мысли, я спросила совсем не то, что планировала:

– Ты каждый раз будешь так выплёскивать злость?

– Да. Чтобы в следующий раз ты не боялась, даже когда я разгневан. Пусть другие боятся. А ты в этот момент должна смотреть на меня и помнить, чем именно оборачивается мой гнев для тебя.

Я аж на локтях приподнялась.

– Позволь уточнить, правильно ли я поняла… Ты хочешь, чтобы в тот миг, когда остальные смотрят на грозного тебя и умирают от страха, я медленно сгорала от желания?

– Именно так.

Эй, а ведь наверняка после всего произошедшего так оно и будет… и он это отлично понимает, гад, судя по бессовестной ухмылке!

– Ты ужасен. Абсолютно ужасен. Это вообще законно – действовать такими методами?

– Так я ж бандит, – насмешливо напомнил он. – И наполовину демон.

– Кстати об этом! Почему же ты всё-таки не обратился к матери, когда застрял в лаборатории? Да и вообще… ведь у тебя же есть демоническая сила, раз ты смог обуздать и изгнать мой дар? Но ты как будто вообще ей не пользуешься… хотя это наверняка открыло бы тебе много разных возможностей. Или я ошибаюсь?

– Не ошибаешься. Сила демонов во мне есть, и немалая. Но я и в самом деле перекрываю её в себе. Видишь ли, если дать ей свободу, она начинает пожирать всё остальное – эмоции, чувства, стремления. Всё, что есть во мне, кроме неё. Она уничтожит ту личность, которая существует сейчас, и в конце концов превратит меня в демона. Мать очень этого хочет, поэтому только и ждёт, что я обращусь к ней за помощью или дам силе выплеснуться и захватить себя целиком. Но для меня это почти то же самое, что и смерть. Даже хуже.

Мне хотелось расспросить его о матери, но я почувствовала, что пока не время. Он и так уже открылся мне больше, чем кому бы то ни было другому.

Кроме того, был ещё момент, который требовалось незамедлительно прояснить. Самый важный. Но как же сложно заставить себя к нему перейти!

– Рур… Ты сказал, что я решаю, как мне жить. А ты готов выполнять мои желания.

– Так и есть. Всё будет, как ты хочешь.

– Даже если я решу больше не работать на бандитов и на тебя? – помедлив, выпалила я. Всё, спросила. От ответа, который сейчас прозвучит, зависит всё. Нет, я уже понимала, что не смогу оставить Рура, но мне безумно важно было знать, готов ли он дать мне выбор.