Рука и сердце Её Высочества

Рука и сердце Её Высочества

Глава 1

Глава 1

Лучиана

Горничная заботливо расчесывала мои волосы, они золотым шёлком струились по плечам и спине. На своё отражение в зеркале я старалась не глядеть — без косметики и пышного платья легко могла сойти хоть за обычную сельскую девчонку, правда, с нежной кожей и слишком уж худыми запястьями. Но к вечеру, когда особая мастерица, которую я с таким трудом переманила у придворной графини, начнёт колдовать с кисточками и красками, я стану больше походить на принцессу.

— Вы уже решили, какое платье наденете для первого бала с принцами? — спросила горничная, аккуратно закалывая одну из прядей, чтобы заплести её в нетугую косу.

Я покосилась в сторону гардероба, и хоть наряды скрывал занавес из плотной ткани, ярко представила себе их. Одно платье более светское — ярко-голубое, с аккуратным вырезом и струящейся к земле юбкой, переливающейся как морская волна на рассвете. Второе — ярко-желтое с зелёными перьями, пышное и крайне неудобное, но — полностью соответствующе традициям моей страны.

— Наверное, голубое, — ответила я, впрочем, до конца ещё не уверена.

— Об этом не может быть и речи! — голос первого советника застиг меня врасплох.

Но на лице не дрогнул ни один мускул — принцесса в зеркале осталась спокойной и величественной. Как ей и полагалось.

— Почему же? — спросила я, не оборачиваясь, чтобы не усложнять горничной работу: если собьется, придётся распустить сложное плетение из кос и начинать заново.

— Ваше высочество, при всём уважении, вы — лицо страны и должны представлять её культуру. Таковы правила, — безапелляционно заявил Армандо.

Судя по шагам, он приближался ко мне, и я быстро собрала с туалетного столика листы-черновики, на которых пышно цвели кляксы на неудавшихся стихотворных строках моего же сочинения. Перевернула страницы записями вниз как раз в тот момент, когда граф подошёл и положил передо мной список конкурсных испытаний, который я и так знала наизусть.

— Но мы ведь даже не при дворе. Встреча практически неформальная, и я считаю вполне уместным более светский стиль одежды, — парировала я, краем глаза поглядывая на Армандо.

Он стоял, разглядывая меня как дорогую кобылу на рынке. К своему статусу элитного товара я ещё с юности относилась спокойно — такова судьба, и её не изменить. Однако именно сейчас, под пристальным взглядом чёрных глаз, я почувствовала себя особенно мерзко. И мне ничего не оставалось, кроме как холодно уставиться в зеркало, в собственные льдисто-голубые глаза.