Генерал Тайлан был удачливым военачальником. Темные волосы не скрывал шлем. Могучий разворот плеч, высокий рост, крепкое тело - этот парень прослыл среди солдат истинным Лордом Войны. Хотя какой он парень? Война даже из мальчика быстро сделала бы мужчину, вместо морщин украсив тело шрамами, а взгляду добавив холода и стали. В сочетании с необычной синевой глаз Тайлан сильно выделялся среди всех солдат.
Командующий взбежал на стену крепости, где, приникнув к подзорным трубам, цепко следили за приближающимся войском дозорные. Требовательно протянув руку, он взял подзорную трубу себе и стал всматриваться вперед.
- Только пехотинцы... - задумчиво произнес Тайлан, щуря глаза. - Проклятье, сработало! Эта женщина поражает.
- Генерал, лучники ждут вашей команды! - подбежав к господину, отчитался командующий стрелковым расчетом.
- Не стрелять. - опуская трубу, стал раздавать указы сын герцога. - Вывести пленных лордов.
- Есть! - без единого вопроса повиновался командир. Жестом подозвав несколько солдат, он увел их со стены. А вскоре ворота крепости открылись, и из них вышли связанные графы-изменники в сопровождении конвоя.
План был прост и гениален. Чтобы до конца убедить солдат-перебежчиков, Тайлан собирался показать им их лордов. Когда обманутые сихеймцы поймут, что над их семьями изменники больше не властны, а королевство готово принять вынужденных предателей назад, армия генерала пополнится новыми солдатами, а норты лишатся своего "щита". Ведь сихеймцев северяне использовали только для прикрытия своих войск, выставляя их в авангарде наступления, как живой щит. Если приглядеться, можно увидеть плачевное состояние их обмундирования, которое свисает с тощих тел. О чужом войске никто не собирался заботиться.
Конвой с графами приблизился к подошедшему войску. Своих лордов люди быстро узнали, тут же учинив над ними самосуд и жестокую расправу. Если бы это могла увидеть Хель, она только плечами пожала бы, мол, власть лорда заканчивается вместе с доверием его народа.
Первый день зимы ознаменовался переломным моментом в ходе северной кампании. Генерал задумчиво наблюдал со стены, как внушительное войско входит в крепость, а где-то на горизонте поднимаются столбы черного дыма. Уходя, сихеймцы оставили "подарки" нортам. И пока на улицах захваченной крепости ликовал вернувшийся на родину народ, мысли молодого генерала были далеки от заснеженного севера.
***