— Долго еще? — тихо спросила у него, потирая затекшую спину и бросая быстрый взгляд в сторону Ирбиса.

Перевертыш стоял у своей лошади и задумчиво гладил ее по холке. Словно почувствовав мой взгляд, мужчина напрягся, его рука дрогнула, и он медленно обернулся.

Попав в плен серых глаз, я невольно перестала дышать. Нам так и не удалось нормально поговорить и решить, что же будет дальше. Хорошо хоть, его не отправили в оплот и у нас есть пара дней, чтобы добиться справедливости.

«Боги, лишь бы все получилось».

В тот момент я не думала о ребенке, как о живом существе. Скорее, как о способе выбраться из западни. Понимала, что это неправильно, но на большее в данный момент была просто не способна.

— Еще три часа пути. Вот сейчас отобедаем, лошадей поменяем и поедем дальше. К вечеру будем в столице, — привлекая мое внимание, произнес старый перевертыш.

— Хорошо, — вздохнула в ответ и вновь взглянула на Снежного.

Но барса уже не было.

— Отчего такая спешка? Мы могли бы ехать в карете с детьми, — зябко поведя плечами, поинтересовалась у него.

— Совет двенадцати жаждет вас увидеть и лично поговорить.

Это я знала.

Этим утром, в связи с тем, что сорочка из дорогого саурского шелка в пылу страсти превратилась в жалкие тряпки, мне пришлось взять у Ирбиса рубашку, а потом сверху надеть халат. В таком виде я и предстала перед лордом.

— Собирайте вещи. — Перевертыш стоял у окна, убрав руки в карманы, и смотрел во двор. — Мы отправляемся в столицу.

— Мы? — переспросил Ксандер, а я невольно задержала дыхание. Что же такое могло произойти, что заставило Севера поменять свои планы?

Признаюсь, было и радостно, и в то же время страшно. Ведь неизвестно, чем это грозило лично мне.

— Да, — он все-таки обернулся и вернулся к столу. — Совет двенадцати узнал о появлении в Долине сильной ведьмы и хочет ее видеть. А от тебя, Снежный, они ждут полного отчета о спасательной операции.

— А в чем дело?

— Вот это мы и узнаем на месте, — лорд взглянул на меня. — Миа, ты смотрела в окно?

— Нет, не успела, — растерялась я, не ожидая такого поворота в разговоре. — А что случилось?

— Так взгляни.