Стоило нам появиться, и Флорен буквально обожгла меня далеким от дружелюбия взглядом. Такая в нем плескалась ненависть и злоба, что будь на моем месте кто-нибудь другой, наверняка испугался бы. Впрочем, в этом плане она и в подметки не годилась верховному магу.

— Представьтесь, — велел король, продолжая сидеть на троне. — Все.

Для Лейсара исключения не сделали.

Мы остановились в паре десятков метров от трона. Ближе подойти нам не позволили. Стража и маги расположились сзади и по бокам. Судя по застывшей в глазах решимости и напряженным фигурам, они готовы были ударить в любой момент. Оставалось лишь дать команду. Такие же преданные фанатики, как и те, что явились с верховным. Их не волновало, что Сила на нашей стороне, как и правда. Они слепо подчинялись королю.

Принц присоединился к родителям, встав по левую сторону от отца. С равнодушным выражением лица и пустым взглядом, казалось, он погрузился в свои мысли и не обращал внимания на то, что происходит вокруг.

У меня вновь сжалось сердце от жалости и вины. Если бы я только могла помочь ему, принести мир в его сердце покой в душу!

— Лейсар эшш Ашхар, — первым начал дракон.

— Каэлтириэль. Высший эльф и маг жизни, — слегка склонил голову эльф.

— Фраливнир Карбаргас аргс третьего порядка, — гордо представился гном.

— Гарра. Просто Гарра, — совершенно непочтительно усмехнулась девушка.

Пришла моя очередь. Я гордо вскинула подбородок и громко, гораздо громче, чем следовало, объявила:

— Шеридан Роуз Маргерет де Вальт!

— Де Вальт! — прошипела королева, подаваясь вперед и сильнее сжимая пальцами подлокотники трона. — Дочь предателя и изменника. Изгнанница. Да как ты посмела явиться сюда, на королевский отбор?! Как посмела представиться чужим именем?!

— Вы не хуже меня знаете, что мой отец, как и моя мать, когда-то ваша лучшая подруга, не виновны в тех злодеяниях, в которых вы их обвинили.

— Да как ты смеешь, наглая девчонка! — выкрикнула Флорен, покраснев от гнева и напряжения.

А я посмотрела на короля, ожидая его реакции.

— Значит, это была ты, — задумчиво разглядывая меня, протянул его величество.

Я сразу догадалась, о чем он.

— Да. Перстень принадлежит мне. Отец лишь берег его до моего совершеннолетия.

— Тварь! — снова не выдержала королева.