Вокруг появляется густой, непроницаемый туман.
Я жмурюсь, пытаясь понять, что происходит, под ужасающий гул собственного сердца. Но ничего кроме бело-серого дыма разглядеть не могу. Зато четко осознаю, что мои руки свободны, а горла больше не касается острый клинок.
Не успеваю толком сообразить, что делать дальше, меня неожиданно хватают за руку. Я в ужасе дергаюсь, пытаясь создать энергетический шар, но увидев знакомые очертания, смахивая искры магии.
— Бежим! — голос Калли резок и вместе с этим глух. Что наталкивает меня на страшные мысли.
Что, если её ранили?..
Боже…
— Калли…
— Тш-ш…
В какой-то момент мы останавливаемся.
Я слышу какие-то звуки.
— Что это?..
— Это смерть, — холодно парирует девушка и тянет меня за собой.
Не знаю сколько времени мы бредем вперед, но туман постепенно рассеивается, и я наконец могу узреть картину целиком.
Сейчас, вместо привычной поляны, нас окружают деревья, с длинными гибкими ветвями, спадающими на землю и красными, кровавыми листьями, периодически опадающими на камни, которые повсюду. Маленькие и большие. Выпуклые и плоские. Светлые и темные…
— Где мы?..
— Гуриильская пустошь. Пару километров, и мы пересечем границу рубинового леса.
— Так, — Я хмурюсь и нервно тру виски руками, — если мы здесь, то где остальные?
Калли оборачивается, перестав сосредоточенно разглядывать, казалось бы, бесконечные каменные тропы, и глядя на меня, с непередаваемой тревогой, произносит:
— А вот этого я не знаю, Вики.